Директором оказался представительный мужчина среднего возраста, в районе 45–50 лет, ростом выше среднего, но пониже меня на пару дюймов, довольно упитанный с хорошим таким животиком, без растительности на лице.
— Вот, Марк Вольфович, это тот юноша, о котором я вам говорил, Василий Берестов.
— Хорошо Иннокентий, ты иди, дальше мы тут сами разберёмся.
Он махнул рукой Лейкину, прощаясь с ним, и тот вышел, не говоря более ни слова.
— Расскажи, Василий о себе.
— Сколько у меня есть для этого времени? — спросил я.
— Для начала пара минут, — ответил директор, впервые за это время, с интересом взглянув на меня.
Я быстренько выдал:
— По происхождению отношусь к крестьянскому сословию. Летом прошлого года меня взяли в Омскую железную дорогу на должность ученика проводника пассажирского вагона. В августе экстерном окончил семилетку и тогда же поступил в 10-й класс средней школы номер 29 города Новосибирска. Учёбу совмещал с работой помощника коменданта общежития для железнодорожников. Несколько дней тому назад прибыл в Москву с целью продолжить своё образование.
Успел только сдать документы в приёмную комиссию МГУ на отделение математики механико-математического факультета.
И завершил свой рассказ словами:
— Василий Берестов доклад закончил.
— Насчёт своего обучения в школе и экстерната расскажи подробнее, пожалуйста.
Я рассказал.
— А во время учёбы в 10-м классе ты работал помощником коменданта в женском общежитии?
— Совершенно верно.
— С работой справлялся?
— Вполне.
— Там же работа связана с материальной ответственностью?
— Да.
— Сейчас тебе сколько лет?
— Девятого октября мне исполнится 19 лет.
— Ага, понятно. Ну, что же, Василий Берестов. Я готов взять тебя с испытательным сроком в один месяц. У тебя есть какие-нибудь пожелания?
— Да. У меня с 1-го августа, через два дня на третий по расписанию идут пять экзаменов в первую половину дня. Желательно, выходить на работу не раньше 3-х часов пополудни. И в дальнейшем, начиная с сентября месяца, первая половина дня у меня будет занята.
Это, если я поступлю, конечно.
— Мне Лейкин говорил об этом, я помню. А ещё что-нибудь, какие-либо специфические пожелания? Типа религиозной нетерпимости или пацифизма, не разрешающего тебе взять в руки тапок и прихлопнуть таракана.
— Вот, чего нет, того нет, товарищ директор. Меня больше беспокоит вопрос, где мне на комсомольский учёт вставать, у вас или в университете?"
"— Лучше в университете, товарищ Берестов, — ухмыльнулся директор.
Я вздохнул.
