— Неважно, как долго ты воспитываешь в человеке смелость, ты не узнаешь, все ли получилось до тех пор, пока не произойдет что-то действительно серьезное.
Ее взгляд останавливается на мне. Я никогда раньше не замечала, какие странные у нее глаза: золотисто-карие. И теперь, когда ее волосы немного отрасли, и голова не перетягивает на себя все внимание, я замечаю ее аккуратный нос, полные губы… она изумительно красива, пока не ведет себя раздражающе. Завидую ей, но думаю, сама она свою внешность просто ненавидит. Наверное, поэтому и побрила голову.
— Ты смелая, — замечает она. — Я могла бы не говорить, ведь ты и сама все знаешь, но хочется, чтобы ты услышала мое мнение на этот счет."
"Она сделала мне комплимент, а я чувствую себя так, будто меня ударили чем-то тяжелым.
— Не пугайся, — добавляет она.
Несколькими часами позже, после обеда и короткого сна, я сижу на краю своей кровати и перебинтовываю плечо. Я сняла футболку и осталась в топе. Здесь много Бесстрашных, они сидят на своих кроватях и смеются над чьими-то шутками.
Я как раз заканчиваю закреплять бинт, когда слышу особенно громкий смех. Юрай с Марленой на плече кидается в проход между койками и сбрасывает ее с себя. Она улыбается мне, ее лицо покраснело.
Линн, сидящая на соседней кровати, раздраженно фыркает:
— Не понимаю, как можно флиртовать, когда вокруг такое.
— Это его способ отвлечься, а не ходить все время хмурым, — замечаю я, стараясь дотянуться рукой через плечо и закрепить бинт на коже. — Возможно, ты могла бы у него поучиться.
— Кто бы говорил, — отвечает она. — Ты вечно ходишь угрюмая. Беатрис Приор, Королева Трагедий.
Я встаю и ударяю ее кулаком в руку, сильнее, чем просто в шутку, но мягче, чем, если бы хотела причинить ей вред:
— Заткнись.
Не глядя в мою сторону, она отталкивает меня в сторону кровати.
— Я не выполняю указания Стиффа.
Замечаю ее поджатые губы и перестаю ухмыляться.
— Готова идти? — уточняет Линн.
— Куда вы собрались? — спрашивает Тобиас, пробираясь между кроватями и останавливаясь в проходе рядом со мной.
У меня мгновенно пересыхает во рту. Мы не разговаривали весь день, и я не знаю, чего ожидать. Появилась ли неловкость, или все как раньше?
— На вершину здания Хэнкок, следить за Эрудитами, — отвечает Линн. — Хочешь с нами?
Тобиас смотрит на меня:
— Нет, мне необходимо кое о чем позаботиться. Будь осторожна.
Я киваю. Мне известно, почему он не хочет идти: Тобиас старается избегать высоты настолько, насколько это возможно.
