— Успокоительное, — приказывает суровый голос.
Другая игла в шею, и мой пульс начинает замедляться. Я всхлипываю с облегчением. Несколько секунд все, что я могу делать — это всхлипывать с облегчением.
Это был не страх. Это было нечто другое; эмоции, которых просто не может существовать.
— Позвольте мне уйти, — просит Тобиас, и его голос звучит еще более хрипло, чем раньше. Я быстро смаргиваю, чтобы видеть его сквозь слезы. На его руках красные отметины от сопротивления Бесстрашным предателям, желавших оттащить его от меня, но он не умирает, с ним все в порядке.
— Я буду разговаривать с вами, лишь при условии, что вы меня отпустите.
Джанин кивает, и он подбегает ко мне, обнимает меня одной рукой, а другой дотрагивается до моих волос. Кончики его пальцев становятся мокрыми от слез. Он не вытирает их. Он наклоняется и мы соприкасаемся лбами.
— Укрытия Афракционеров, — глухо говорит он прямо напротив моей щеки.
— Дайте мне карту, и я отмечу их для вас.
Его лоб рядом с моим сух и прохладен. Мои мускулы болят, возможно, от напряжения во время действия сыворотки.
Его тянут назад, и он держит мои пальцы так долго, как может, пока Бесстрашные предатели не вытаскивают его из моей хватки, сопровождая в другое помещение. Моя рука камнем падает на стол. Я больше не хочу бороться с оковами. Я хочу только поспать.
— Пока ты здесь… — говорит Джанин, как только Тобиас и его сопровождающие покидают нас.
Она поднимает глаза и фокусирует взгляд своих водянистых глаз на одном из Эрудитов, — Возьмите его и приведите сюда. Время пришло.
Она оглядывается на меня.
— Пока ты будешь спать, мы проведем несколько процедур, чтобы выяснить еще кое-что о твоем мозге. Это несильное вмешательство. Но прежде, чем мы начнем… Я обещала тебе, что ты увидишь все процедуры. Поэтому, будет честно познакомить тебя с тем, кто будет ассистировать мне во время эксперимента, — она слабо улыбается.
— С тем, кто сказал мне, к каким трем фракциям ты проявила склонность, как нам лучше заставить тебя прийти сюда, и, что появление твоей матери в последнем моделировании сделает его более эффективным.
Она смотрит на дверь. Действие успокоительного заставляет мир расплываться. Слежу за ее взглядом и сквозь наркотический дурман вижу его.
Калеба.
