То, что она сказала о моем отце? Нет, отец всегда жаловался на Эрудитов. То, что она сказала об Эрудитах? Я перепрыгиваю через большой осколок стекла. Нет, не из-за этого. Она права. Все мои учителя были Эрудитами, и доктор, который несколько лет назад вправил маме сломанную руку.
Меня смутили последние слова: «постарайся запомнить», будто позже у нее не будет возможности напомнить мне об этом.
Чувствую, как в моем сознании что-то меняется, как открывается что-то, что было недоступно.
— Мам? — зову я.
Она смотрит на меня. Прядь белокурых волос выбивается из пучка и касается ее щеки.
— Я люблю тебя.
Я указываю на окно слева от меня, и оно взрывается. Нас обдает дождем из осколков стекла.
Не хочу просыпаться в комнате штаба Эрудитов, поэтому глаза не открываю даже тогда, когда моделирование исчезает. Пытаюсь как можно дольше сохранить образ мамы с волосами, прилипшими к скулам. Глаза открываю лишь тогда, когда вижу только свои покрасневшие веки.
— В следующий раз придется постараться, — замечаю я, обращаясь к Джанин.
— Это только начало, — отвечает она.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ
Перевод: NastyaMistiKa, Ania Lune, Маренич Екатерина, Laney, Инна Константинова
Редактура: Юлия Исаева, allacrimo, Любовь Макарова, Индиль
Этой ночью мне снился не Тобиас и не Уилл, а мама. Мы стояли в садах Дружелюбия, и в нескольких сантиметрах над нашими головами висели спелые яблоки.
Тени от листьев падали маме на лицо, она была одета в черное, хотя при жизни я никогда не видела ее в черной одежде.
Я проснулась, удивленная тем, что никогда не замечала в ней энергии Бесстрашия, хотя каждый день сидела напротив нее за завтраком. Она так хорошо скрывалась, или я была недостаточно внимательна?
Прячу лицо в тонком матрасе. Теперь мне никогда ее не узнать. Но, по крайней мере, ей не придется жить с тем, что я сделала с Уиллом. Думаю, если бы она узнала, я бы этого не пережила.
Несколько секунд или минут спустя, не могу сказать точно, я следую за Питером по коридору, все еще моргая и пытаясь прогнать остатки сна.
— Питер, — мое горло болит, наверное, кричала во сне. — Сколько сейчас времени?
Он носит часы, но циферблат закрыт, и я не могу увидеть время. Он даже не удосужился посмотреть на них.
— Почему ты постоянно меня сопровождаешь? — спрашиваю я.
