Думаю, Орбан получает раз в пять больше вашего, надо ведь еще и купить что-то для этого мыла.
— Да, знания о мыловарении пригодились. Если бы не это, наверное, побирались бы, — Катя была много веселее подруги. Сегодня без ножа, узнав все о возвращении, изменилась в лучшую сторону: глаза блестели, волосы она причесала и заплела в небольшую, но косичку.
— Благо, как рассказала Катя, у них на курсе была история мыловарения, — Маша смотрела на товарку с обожанием. Видно стало сразу, кто в этой паре заводила и более крепкий орешек.
Ехать решили после обеда. Девушки взяли с собой все, что было «нажито непосильным трудом», чтобы обрадовать приютившую их старушку. Лев полчаса только и делал, что таскал на сани их запасы из корешков, трав и сушеной и соленой оленины и рыбы. Запасы были невелики, но благодаря хоть каким-то монетам, достающимся от Орбана, они смогли бы продержаться и до лета. Лев начинал гордиться своими подопечными, хоть и понимал, что ответственность за их судьбу все же лежит на нем.
Объяснив хозяевам, что они съезжают, девушки уселись за Львом и Леной и, заставив Лену рассказывать их историю, притихли.
Рты они открыли только тогда, когда Лена дошла в своем рассказе до планируемого брака Ани с лордом Давестером.
— Она сумасшедшая, эта твоя подруга, — резюмировала Катя. — Да хоть сам принц, да хоть король! К черту все это средневековье!
— Я сначала реагировала так же, — улыбаясь ответила Лена, но сейчас решила, что у нее есть свое право. На любовь, на жизнь, на счастье. Она хотела написать книгу и назвать ее «Инструкцией для попаданок».
— Тут особо не распишешься перьями-то, — посмеялась Катя, и Лена покачала головой.
— И что, вы ее оставите здесь? А мы? Мы сможем вернуться сюда снова? — Маша спросила осторожно, будто боясь, что это снова может случиться.
— Нет. Я смог вырвать из ваших книг нужные листы… те страницы, которые отвечают за все, что с нами произошло, — ответил Лев, решив не рассказывать всех деталей.
— А дома? Вы были у нас дома? — спросили девушки в один голос.
— Был. Вас ищут. Родственники уверены, что вы живы, хоть и поговариют, что раз двое, то могли бы дать хоть какие-то весточки о себе, — Лев старался говорить позитивно, но эта тема снова навеяла грусть на всех.
— Говорите, после того замка надо держаться правее? — указал Лев на открывшийся перед ними величественный, практически белоснежный замок с высоченной стеной. Он стоял высоко на горе, и две дорожки к нему вились лентами.
— Да, нам нужно держаться левой дороги.
