– Люк-Пердук! Люк-Говнюк! Люк-в-Жопе-Крюк!
Наконец он поставил его на землю, развернул к себе, вскинул руки и принялся плясать под фоновую музыку, лившуюся из колонок под потолком. Калиша и Айрис наблюдали за происходящим с одинаковым выражением лица: Ох уж эти парни.
– Ну что, смахнемся? Люк, чего зыришь? В штаны напузыришь!
– Сунь нос мне в зад и задохнись! – со смехом ответил Люк. Ему подумалось, что Никки можно описать одним словом: живой. Причем он казался живым в любом настроении, плохом и хорошем.
– Неплохо, – заметил Джордж, расталкивая девчонок и подходя поближе к Люку.
– Украду?
– Конечно, только не забудь иногда упоминать автора.
Никки прекратил танцевать.
– Ну все, я щас сдохну от голода. Пошли есть.
Люк приподнял крышку автомата с колой.
– Безалкогольные напитки дают бесплатно, как я понимаю? Жетоны нужны только для бухла, сигарет и всяких вкусняшек?
– Ага, сечешь, – кивнула Калиша.
– А это… – Люк показал на автомат с закусками. Большинство товаров можно было приобрести за жетончик, но одно кондитерское изделие стоило целых шесть, – это?.
.
– Ты пытаешься спросить, содержит ли «Улетный брауни» наркотические вещества? – уточнила Айрис. – Я сама не пробовала, но даже не сомневаюсь, что содержит.
– Ага, – кивнул Джордж. – Меня сперва накрыло, а потом крапивница вылезла. Оказывается, у меня аллергия. Ну все, идем есть.
Они сели за тот же длинный стол. Вместо «НОРМЫ» их теперь обслуживала «ШЕЛЛИ». Люк заказал жареные грибы в кляре, бифштекс с салатом и что-то под названием «Ванильный крем-брюлей».
Наверное, в этом зловещем заведении имелись и умные сотрудники – миссис Сигсби точно не производила впечатления тупицы, – однако составитель меню явно не отличался умом и изобретательностью. Или это было проявлением интеллектуального снобизма с его стороны?
Да какая разница.
Немного поговорили о школах – насколько Люк понял, его новые друзья учились в простых школах, не для одаренных детей, – обсудили любимые ТВ-программы и фильмы. В целом все шло хорошо, пока Люк не заметил, что Айрис то и дело вытирает рукой веснушчатую щеку.
Она плакала – тихо и почти незаметно.
– Сегодня мне ничего не кололи, зато в жопе поковырялись, – сказала она.
Увидев озадаченное выражение Люка, Айрис улыбнулась – и по ее щеке скатилась еще одна слеза.
– У них тут ректальные термометры, – пояснила она.
Остальные закивали.
– Понятия не имею почему, – добавил Джордж, – но это унизительно.
– Прошлый век! – воскликнула Калиша.
