И так до тех пор, пока он не расколется или не утонет.
Наконец Зик убрал руку с его затылка. Люк выскочил на поверхность, глотая воздух и кашляя. Ему дали время отдышаться, а потом Зик сказал:
– Ладно, хрен с этими животными, спортивными командами и прочей ерундой. Просто скажи: «Я телепат, я ТЛП», – и все закончится.
– Хорошо! Я телепат!
– Отлично! – закричал Зик. – Прогресс налицо! Какое число я загадал?!
На вывеске вспыхнуло 17.
– Шесть, – ответил Люк.
Зик изобразил противный гудок из телевикторины.
– Ответ неверный! Я загадал семнадцать.
Теперь ныряешь на две минуты.
– Нет! Пожалуйста! Я не могу!
Дейв тихо сказал:
– Последний раз, Люк.
Зик от души толкнул коллегу в плечо.
– Хорош врать-то! – Он переключил внимание на Люка. – Сейчас тридцать секунд дышишь, потом ныряешь. Олимпийским призером будешь, детка!
Люку ничего не оставалось. Он начал быстро вдыхать и выдыхать воздух, но задолго до того как закончились тридцать секунд, Зик схватил его за затылок и сунул под воду.
Люк открыл глаза и уставился на белую стенку бака.
Краска в паре мест была содрана – быть может, ногтями детей, которых подвергали этой пытке. Розовых. А почему только розовых? Ясное дело почему: Хендрикс и Эванс считают, что набор экстрасенсорных способностей у детей можно расширить. А розовых не так жалко, они по сути – расходный материал. Пушечное мясо.
Мясо, подумал он, я – мясо. Спокойно, спокойно.
И хотя он изо всех сил пытался достичь дзена, легкие в конце концов потребовали воздуха. Весь его дзен – и так не бог весть какой – развалился на куски при мысли о том, что в следующий раз придется нырнуть на две минуты пятнадцать секунд, потом на две минуты и тридцать, потом…
Он заметался.
Зик продолжал крепко держать его за голову. Люк оттолкнулся ногами от дна и почти вынырнул на поверхность, однако Зик прижал его обеими руками. Перед глазами вспыхнули точки – они сперва отдалились, потом с огромной скоростью помчались навстречу, затем снова отлетели подальше и завертелись, как взбесившаяся карусель.
Люк подумал: Штази-огоньки. Я умру, глядя на…
Зик – в насквозь мокрой белой блузе – вытащил его из воды.
– Я ведь снова тебя макну. А потом еще раз. И еще. И буду макать, пока ты не захлебнешься. Тогда мы тебя откачаем и опять макнем, откачаем и опять… Даю последний шанс: какое число я загадал?!
– Не… – Люка вырвало водой, – знаю!
Зик по-прежнему сверлил его испытующим взглядом. Люк выдержал, не отвернулся и не опустил глаза, хотя из них хлестали слезы.
