– Просто некоторые переносят хуже, чем оста…
Сидевший рядом Авери стиснул ее руку в ладонях и с жутким спокойствием произнес:
– Нет, не нормально. И уже никогда не будет нормально.
Гарри испустил вопль и рухнул сперва на колени, затем – лицом в пол. Из носа и разбитых губ на линолеум брызнула кровь. Он затрясся всем телом, затем выгнулся, поджал ноги, резко поднял их в воздух, замолотил руками и заревел – не как зверь, а как машина с выжатым на низкой передаче газом. Не прекращая реветь и брызгать кровавой пеной изо рта, он хлопнулся на спину и защелкал зубами.
Г. и Г. завизжали. Когда Глэдис уже бежала к ним из коридора, а Норма – из-за витрины с подогревом, одна из близняшек опустилась на колени и попыталась обнять Гарри. Он поднял в воздух огромную лапищу и со страшной силой ударил девочку по лицу. Та отлетела в сторону и с глухим стуком врезалась головой в стену. Вторая близняшка с криком бросилась к ней."
"В столовой воцарился хаос. Люк и Хелен сидели на месте – она одной рукой обнимала Авери (скорее чтобы утешить саму себя: у парня вид был совершенно невозмутимый), – но большинство детей толпились вокруг бьющегося в конвульсиях Гарри.
Глэдис распихала парочку зевак и рявкнула:
– А ну прочь отсюда, идиоты!
Сегодня большому Г. не подарят пластиковой улыбки.
В столовую подтянулся остальной персонал: Джо и Хадад, Чед, Карлос, пара незнакомых Люку человек, включая одного в штатском (он, видно, только приехал на работу и еще не успел переодеться). Тело Гарри спазматически вздымалось и опадало, словно по полу пустили высокое напряжение.
Чед и Карлос придавили ему руки. Хадад ударил Гарри шокером в солнечное сплетение, однако судороги не прекратились, и тогда Джо прижал шокер к его шее. Электрический треск был отчетливо слышен даже сквозь стену взволнованных голосов. Гарри обмяк. Глаза таращились под полусомкнутыми веками. С губ стекала пена. Рот приоткрылся, и наружу вывалился кончик языка.
– С ним все хорошо, ситуация под контролем! – заорал Хадад. – Расступитесь! Все за стол!
Дети умолкли и начали расходиться по местам.
Люк тихо пробормотал на ухо Хелен:
– Кажется, он не дышит.
– Может быть, – ответила Хелен. – Ты лучше на эту глянь! – Она показала пальцем на близняшку, которую отшвырнуло к стене. Глаза у нее остекленели, а голову скособочило. По одной щеке текла и капала на платье кровь.
– Очнись! – визжала вторая, тряся сестру за плечи. Со стола вдруг полетели приборы: детям и смотрителям пришлось уворачиваться.
