Все присутствующие выпили за успешное окончание расследования, затем помянули Ивана Павловца, а Забродов мысленно помянул и Раю Крутикову…
Чуть позже Илларион Забродов, оставив за столом на растерзание своего помощника, который с красочными подробностями рассказывал о проведенной им сыскной операции, вместе с Константином Гуреевым и Дмитрием Власовым вышел на площадку, чтобы подышать свежим воздухом. Через несколько минут к ним присоединился Вячеслав Демакин с бутылкой водки и стаканом.
Закурив по сигарете, мужчины завели разговор, который, конечно же, коснулся жуткой судьбы их товарища Ивана Павловца и всего того, что вертелось вокруг этой громкой истории.
— Ну и чем все это закончилось? — спросил Гуреев.
Забродов, потушив сигарету в стоящей в углу консервной банке, махнул рукой:
— А чем, мужики, все это может закончиться в нашей стране?
Власов усмехнулся и покачал темноволосой головой:
— Это точно…
— И все же? — поддержал Гуреева Демакин.
— Заместитель министра МВД с почетом отправлен на заслуженный отдых, — сообщил седовласый инструктор спецназа ГРУ.
— Министр культуры, как вы сами знаете, сейчас сверкает своей лысиной на телевидении…
— Ну, с этими слугами народа понятно, — сказал Гуреев, — а непосредственные исполнители?
— Двое дружков-киллеров находятся под следствием…
— А Соловьев?
Илларион Константинович обвел товарищей многозначительным взглядом:
— Говорят, что он на своей даче застрелился.
— Теперь это так называется, — язвительно заметил Власов.
Илларион Константинович кивнул:
— Точно.
— А чего же тогда остальных не кокнули? — спросил любознательный Демакин. — Того же заместителя директора Белявского?
— А кому он мешает, — ответил инструктор спецназа ГРУ. — Он знал только полковника Соловьева, который был связующим звеном… К тому же конкретных доказательств того, что Белявский был замешан в подмене и похищении ценных картин, нет. Более того, он все валит на Варенцова и пожар. А что касается уголовников, так на них тоже нет ничего конкретного…
— А куда пропал наш прибалтийский гость Минчинский? — поинтересовался Дмитрий Власов.
Илларион Константинович нахмурил брови: он прекрасно знал, что им всерьез занялась группа сотрудников Главного разведывательного управления, однако, разумеется, не имел права распространяться об этом.
— Не знаю… — солгал он, — наверное, где-то в бегах…
— Итак, все свалили на директора музея Варенцова, полковника Соловьева и успокоились, — подвел итог Константин Гуреев.
