Такой же красный и блестящий, только ножки и глазки были чёрными.
Судя по вытянувшемуся лицу Квелеенны, увидеть это существо в руках ребёнка она ожидала в последнюю очередь. Жрица посмотрела на мальчика так, будто у того самого внезапно отросло восемь ног, как у паучка.
— Где ты нашёл лауэ⁈
— Флафли, — высоким от волнения голосом ответил тот и пояснил почти шёпотом: — Паучиха сказала, что её так зовут.
— Паучиха? — Жрица издала смешок и вдруг присела рядом с мальчиком на корточки. Погладила ребёнка по голове и тихо проговорила: — Дитя, это лауэ.
Мистическое существо, особо почитаемое нашим народом. Считается, если харги увидел лауэ, то Великий Драргур отметил его своим божественным вниманием.
— Что это значит? — дрожащим голосом уточнил Рустам.
Она поднялась и, отступив на шаг, вдруг поклонилась ребёнку. А когда выпрямилась, сказала:
— Не знаю. Я никогда не трогала лауэ.
Рустам с надеждой спросил:
— А можно мне её оставить?
Квелеенна повернулась ко мне:
— Шар готов. Прощай, дракон. Надеюсь, ты сделаешь правильный выбор.
И направилась прочь.
— Все внутрь! — скомандовал Дэдж и весело посмотрел на меня: — Чур, теперь я снаружи!
— Так я не понял, — переживал мальчик. — Можно или нет?
Одна из харги сжалилась над ребёнком и шепнула:
— Лауэ сама выбирает, где ей появиться и кому показаться. Прими её волю, дитя, отмеченное Драргуром.
Рустам просиял и, посадив паучка на голову, спрятал его под головным убором, как другие дети скрывали фей. Я протянул руку кагхании и помог ей забраться в корзину, и вскоре мы поднялись над землёй.
Глава 23
Дана
Кагхан держался со мной вежливо, но отстранённо, и это задевало мои чувства. Хотелось нежных тёплых объятий, ласковых поцелуев, жарких взглядов, которыми обмениваются все влюблённые, но мужчина вёл себя так холодно, что прошедшая волшебная ночь казалась лишь сладким сном.
Я не понимала, за что он так со мной. Пыталась себя уговорить отстраниться, не обращать внимания и вернуться к моменту, когда воспринимала кагхана лишь как защиту в этом мире, но все доводы разума разбивались об острые скалы горькой обиды.
Я будто снова стала маленькой девочкой, которой показали роскошный парк аттракционов и пообещали, что теперь вся жизнь станет праздником, а потом выставили за ворота без каких-либо объяснений.
И, разумеется, не выдержала.
Дети играли с феями, Рустам внимательно рассматривал паучка, Наетти мирно дремала в углу корзины, а Дэдж в образе дракона снаружи управлял шаром.
