— Позволено ли мне будет посетить мужскую комнату?
Мой вопрос застал маркиза врасплох. Он поджал губы, выдержал небольшую паузу.
— Конечно. Энтони вас проводить.
Оставив хозяина Бенгалии наедине с его помощником и думами об имперской величии, я под конвоем в лице капитана прошел к туалету типа «сортир деревенский улучшенной планировки». После походной экзотики он мне показался заведением с золотыми унитазами — не меньше. У него даже имелось подобие вентиляции! Дорсетт приглашающе приоткрыл дверь, пропустил меня внутрь, а сам деликатно остался снаружи.
Я с комфортом устроился на деревянном стульчаке, рассчитывая продумать окончание беседы с генерал-губернатором.
— Руси! — раздался прямо над моей головой нежный девичий голос.
Видит бог, я тут же порадовался, что сидел, а не стоял у писсуара, которые еще не изобрели.
(1) Сундари — в данном случае, это проститутка, куртизанка.
(2) От имения в Шаранте семейства Сериль, известного с 1730-х как производители коньяка, в XX веке пошел коньячный бренд «Жан-Люк Паске», входящий в десятку лучших элитных коньяков в н/в.
(сундари из Калькутты)
Глава 17
Было бы мне и в самом деле слегка за двадцать, как истинному Пете Черехову, провалился бы от стыда. Но даже обладая опытом и цинизмом старика, даже лишенный большинства моральных терзаний, свойственных юности, я все равно чувствовал себя дискомфортно. Именно этим объясняется несколько затянувшийся во времени процесс налаживания коммуникации со спрятавшейся на крыше туалета незнакомкой. Она успела перебрать несколько языков, пытаясь до меня достучаться, пока я не отмер и не предложил арабский.
Юная полиглотка — а голос явно принадлежал молодой особе — легко чесала по-французски, по-английски, на парочке местных диалектов, что было удивительно и странно, плохо вписывалось в местную традицию наплевательского, утилитарного отношения к женщине. Ведь тут, в Индии, женщины армии водят крайне редко — их куда чаще сжигают на кострах вместе с умершим мужем. А тех, кто отказывается, превращают в изгоев, вынуждая заниматься проституцией по образу и подобию тех очаровательных сундари, кои подарили мне совсем недавно массу положительных эмоций.
— Руси, слушай меня внимательно, — голосок, привыкший не просить, а приказывать, вернул меня к нашей пикантной беседе. — У нас очень мало времени. Я и так тут вся извелась, тебя поджидая.
— Кто ты? — задал я наконец правильный вопрос.
— Называй меня Лакшми! Тебя я и так знаю — ты Питер, тот, кто убил генерала Лейка.
