Да и было тех грузовиков всего два. Метров по триста в диаметре диска. Илья не смог отказать себе в удовольствии пострелять напоследок. По грузовикам он не бил, а вот охраняющую исход мелочь пощипал по краям, тем самым придав, так сказать, волшебного пинка для ускорения. Нет доблести в том, чтобы расстреливать набитые гражданским персоналом грузовики. Не смог Илюха себя заставить. Хотя это было очень даже целесообразно. Но таким образом можно озлобить даже самого трусливого противника, спровоцировав того на немедленные действия.
Такой задачи не стояло. Нужно было просто спровадить гостей. Что, собственно, и произошло. Вот только гости не оценили Илюхиного великодушия, подложив напоследок свинью. Взорвали лунную базу, уродцы, спутав планы по ее изучению. Ну, жабы, они жабы и есть.
Глава 26
Андрей Петраков вот уже второй месяц находился на МКС. Это была его не первая космическая экспедиция, но первая, в которой он выполнял обязанности командира экипажа станции. Кроме него, экипаж представляли еще три человека.
Джей Сабковски, американец польского происхождения, японец Такаси Накамура и француз Кристиан Дюбуа. Народ в экипаж подобрался хороший. Так оно и понятно. Кого попало в космонавты не берут. Кроме того, каждый член экипажа проверяется на совместимость, так что проблем с взаимопониманием никаких нет. Обстановка на станции сложилась дружеская с самых первых минут. Правда, Такаси с Крисом скоро покинут орбиту. Их миссия заканчивается. Ребята тут обретаются уже полгода. Устали. Вместо них придут другие люди, но работа при этом не остановится.
Заданий им надавали много, скучать некогда.
Андрей с детства мечтал попасть в отряд космонавтов, и, благодаря своей целеустремленной натуре, он в конце концов добился поставленной самому себе цели, пришлось, правда, немало потрудиться на пути к ней. Школа, оконченная с золотой медалью. Летное училище. Служба в авиации, потом в специальной летной группе «Стрижи». Параллельно этому бомбардировка заявлениями о поступлении в отряд космонавтов… потом изнурительные тренировки, жесточайший отбор.
Много чего было, но в итоге оно того стоило. Трудно передать те ощущения триумфа, когда перегрузки стартующего ракетоносителя впервые вдавили его тело в ложемент пилота. Понятное дело, что пилотом он был чисто номинально, весь полет проходит в автоматическом режиме, но, черт побери, ощущения все равно незабываемые. Да и последующие старты были не менее яркими эмоционально. Каждый раз как будто первый.
