Я думал, она получила это от меня, но теперь, когда я приглядываюсь, я как будто смотрю в глаза ее матери.
К черту Аспен.
К черту ее существование и то, что она мать самого драгоценного в моей жизни.
Не могу поверить, что когда-то трахнул ее. Молодой я был чертовым идиотом из-за того, что влюбился в эту ведьму.
Горячую ведьма, но я отвлекся.
— Конечно, он отец. Ты думаешь, я могу спать с несколькими мужчинами одновременно или что-то в этом роде? Ты вырастил меня лучше, чем это.
— Я не имел в виду этого, — хотя, черт возьми, я бы хотел, чтобы она это сделала.
По крайней мере, тогда я мог бы убить его красивым и простым способом.
Теперь это сложно.
Моя жизнь второй раз резко меняется из-за незапланированной беременности.
Или, может быть, это запланировано.
Я прищуриваюсь на Гвен.
— Какой срок?
— Пять недель.
— Когда у тебя были последние месячные?
— Около шести недель назад.
— Ты принимала противозачаточные. Так почему же перестала?
— Прошлая упаковка закончилась, и я забыла о них.
— Обычно ты не забываешь о таком.
Ты не такой человек.
— Я так много думала о твоем происшествии, о том, что ты чуть не умер, и Сьюзен, доставляющая хлопоты. Я забыла о приеме.
— Сколько тестов ты сделала?
— Три.
— Как насчет доктора?
— Я ходила к акушеру-гинекологу.
— Можете ли ты повторить то, что он или она сделали и сказали?
— Он сделал анализ крови и сказал, что я на пятой неделе беременности, потому что они обнаружили гормон беременности, но я забыла его название, — она вздыхает. — А теперь ты перестанешь допрашивать меня, как будто я свидетель в суде?
Я шатаюсь на стуле, все еще сужая глаза.
Обычно люди не выдерживают моих скоростных расспросов. Так я сокрушаю своих оппонентов, ведь нормальным людям требуется много времени, чтобы придумать ложь.
Я никогда раньше не использовал его на Гвен, но она могла об этом знать. Она подготовилась к моей реакции?
— Итак? — она поднимает подбородок.
— Что?
— Собираешься ли ты поступить правильно?
— Правильнее было бы прервать рождение ребенка и развестись с Нейтом, чтобы жить своей жизнью.
— Нет!
— Гвен, послушай меня…
— Нет, ты послушай меня. Если бы мама сделала аборт, меня бы здесь не было, я бы не знала тебя и не родилась бы твоей дочерью. Ей было четырнадцать, и она имела полное право хотеть избавиться от меня. Она была моложе меня, чертов ребенок, и посмотри, как далеко она зашла. Это моя жизнь, мое тело, и я имею право решать, хочу ли я иметь ребенка сейчас, через десять лет или никогда.
