В настоящее время оно сжимает, ноет и царапает меня, чтобы я остановилась.
Я не этого хочу. Это не те руки, которые заставляют меня чувствовать себя в безопасности, как будто я могу отпустить все в любой момент и все равно не рухнуть на землю.
— Что за…
Я слышу ошеломленный голос Алекса перед тем, как сильная рука, о которой я только что подумала, обхватила мое запястье, и оттащила меня с силой, от которой перехватило дыхание.
Пожалуйста, не говорите мне, что мое воображение разыгралось достаточно, чтобы вызвать в воображении что-то нереальное.
Когда я открываю глаза, задыхаюсь от вида перед собой.
Я прижата к телу, но это не Алекс и не Крис. Это сильнее, выше, шире и настолько мужественее, что это должно быть преступлением.
Он должен быть преступлением.
Потому что я всегда испытываю искушение совершить это конкретное преступление, сделать шаг, который сведет меня с ума, даже если знаю, что в какой-то момент упаду на землю. Даже если уверена, что это будет последний шаг, который я сделаю.
"
"Я думаю, это то, что чувствуют преступники. Они знают, что их могут поймать, что они будут наказаны, но все равно идут на это. Потому что преступление того стоит.
И сейчас я смотрю на него. На свое собственное преступление, и эта пустота больше не кажется мне ужасной и смертельной. Она просто скрывается на заднем плане и не может проявиться.
Нейт всегда оказывал на меня такое влияние. Его присутствие настолько резкое и внушительное, что съедает любую пустоту.
— Отпусти ее, — это говорит Алекс, который пьянее меня.
Я не особо сосредотачиваюсь на нем, потому что мое запястье в заложниках у Нейта, а мои мягкие изгибы приклеены к его твердым мускулам, и он сердито смотрит.
Боже, даже то, как он смотрит, горячо. Мои бедра сжимаются, а соски затвердевают, и это не имеет ничего общего с тем, что я не танцевала.
Боковым зрением я вижу, как Крис кивает Алексу головой, потирая затылок.
Однако Алекс шагает к нам — точнее, шатается.
— Кто ты, черт возьми?
— Я ее муж.
Снова тронешь мою жену руками, и я их сломаю, — и вот так Нейт тянет меня за собой и проталкивает сквозь толпу.
За ним невозможно угнаться. Во-первых, я пьяна — настолько пьяна, что перед глазами двоится, и я не чувствую ног. Во-вторых, я думаю, Нейт только что сказал им, что он мой муж. Он нарушил собственное правило и сказал моим друзьям, что мы женаты.
Твою мать.
Кажется, что я пьянее, чем думала, потому что не могу разобраться во всем этом.
