Толпа обступила его со всех сторон, и тяжелый носок ботинка со всей силы врезался ему в нос. И это было только начало.
3
Мороз крепчал, но лейтенант Первушин, казалось, не замечал холода. Щеки, красные от возбуждения, дыхание жаркое, куртка распахнута, отчего видна была рукоять вложенного в кобуру пистолета. Рукав куртки порван в одном месте, на подошве левого ботинка рыже-бурая грязь, но это лишь свидетельство того, что парень работает, а не отбывает номер.
– Ты мне тут байки не рассказывай! – говорил он зло, напористо, но без крика и нервов.
– Ногами они били… А башку арматуриной проломили? Кто бил?
– Да я не знаю! – мотал головой прыщавый парень с загнутым кверху носом. – Не было никакой арматурины! Только ногами, руками…
Лейтенант стоял посреди железной беседки с дырявой крышей, а перепуганный парень спиной жался к столбу.
– Ты думаешь, я до твоих дружков не доберусь? Доберусь! И представь себе картину, что кто-то из них покажет на тебя… Да это, скажет, Васька Торчок башку проломил!..
– Я не Торчок, я Торчак.
– Поверь, в СИЗО тебя Торчком будут звать.
– Да не знаю я, кто голову проломил!
– А ты подумай. Хорошо подумай. Ведь покажут на тебя, и ты тогда крайним останешься… Думай, думай, а я пока с людьми поговорю.
Первушин широко улыбнулся Михаилу. Кажется, он собирался ему подмигнуть, но в последний момент передумал, решив, что это слишком.
Потапов, получив информацию о том, что на Борисоглебской улице найден труп Черепа, сразу примчался сюда, но, как обычно, после представителей местного ОВД.
Был выходной, и Потапов хоть немного отоспался после череды бессонных ночей. Мила его не будила, не тревожила, мимо гостевой комнаты ходила чуть ли не на цыпочках. А на вечер она баньку запланировала. И ужин собралась приготовить своими руками. Романтический вечер намечался, а тут такое дело…
«Уазик» патрульно-постовой службы и машина оперативно-следственной группы стояли во дворе пятиэтажного дома, в окрестностях которого произошло убийство. Но во дворе Потапов увидел только Первушина, допрашивавшего свидетеля или даже соучастника преступления.
Неплохо работает парень, шустро, грамотно. И комиссара Мегрэ при этом из себя не строит. Увидел Михаила, приветливо улыбнулся ему и руку с уважением пожал.
– Кто такой? – кивком показав на парня, спросил Потапов.
– Кто такой? А главный виновник преступления. Ударил Черепа железкой по голове и признаваться не хочет! – Первушин так сурово глянул на Торчака, что у того подкосились коленки.
