Мне безумно не хватало теплого душа. За эти годы отвыкла принимать ванну. А Келеар постоянно просит включить мультфильмы или игру на планшете. Хотя по играм и я скучала. Только благодаря им не умерла со скуки в плену.
С содроганием вспоминала это время. Хотя в нашем распоряжении было большое здание – это не меняло положения. После обучения магии со мной никто не общался. Готовить, заниматься уборкой и стиркой приходилось самой. Привыкать к электрической плите, духовке, пылесосу.
Ворота раскрылись, выпуская нас из города на дорогу, ведущую в тот самый лес, где когда-то я встретила Кирона.
Наравне с Келеаром я разглядывала затейливые растения, животных и насекомых. Слушала необычайное пение птиц, как в первый раз и просто наслаждалась свежим воздухом.
Мы забрели в глухую чащу подальше от мертвого озера и расположились на полянке, усыпанной цветами. Тулек постелил покрывало и достал корзину с фруктами. Разлил по кубкам цветочный нектар и встал над нами, скрестив руки на груди, словно надзиратель.
Внимательно оглядывал просторы леса и молчал.
Сынок побежал собирать цветы, чтобы я сплела ему венок. А я вкушала сочные плоды и смотрела в безмятежное небо, которого не увидишь над Маскулайном. Вспомнилась Силва и мелкая речушка, к которой я так часто приходила. В душе защемила тоска по дому, по Ланде и сестрам. Завтра же отправлюсь к ним погостить! Как же мама удивится, увидев Келеара! Я уже предвкушала встречу. Лишь бы Кирон не противился и отпустил в деревню."
"Совсем не вовремя в памяти всплыл образ Айдис и наша последняя перепалка в коридоре замка.
Я жестоко ошибалась на счет этой женщины! Она вовсе не мила и не несчастна. Теперь понятно, почему Кирон держал ее в подземелье. С ней просто невозможно жить! Я даже не представляла, как помириться с шантаи, забыть о ругани и начать ей доверять своего сына. Не знаю, что произошло в Инфернуме за время моего отсутствия, но забирать детей в Твинт… Как она вообще могла до этого додуматься, и куда смотрел Кирон?! С моей стороны, вмешиваться в политику было неправильным решением, но я не смогла стерпеть, ведь дело касается детей, а я не понаслышке знаю, что такое до дрожи любить свое дитя.
Странно, что Айдис этого не прочувствовала. Как женщина, я вообще не могла ее понять. Что ее могло толкнуть на то, чтобы изуродовать своего единственного сына? Я всегда боялась спрашивать об этом Кирона, чтобы не бередить его душу. Но Тулек – правая рука императора. Он должен точно знать.
