А если вы не сможете договориться, расписание составлю я, и в нём будет десять часов военной муштры, — с ухмылкой я подвёл итог.
Василиса резко вскинула голову, в её глазах мелькнула тревога, быстро сменившаяся пониманием.
— Десять часов муштры? — она фыркнула, скрестив руки на груди. — Бедные дети.
Полина прикрыла рот рукой, пытаясь скрыть улыбку, но её выдали смеющиеся глаза.
— О боги, представляю эту картину, — она изобразила строгого командира, выпрямив спину и расправив плечи. — Маленький Миша Кузнецов, которому едва шесть лет, марширует с деревянным ружьём наперевес.
Нет уж, воевода, мы как-нибудь сами договоримся.
Девушки переглянулись, и в этот момент между ними словно проскочила искра взаимопонимания. Василиса протянула руку:
— Завтра с утра сядем и распишем каждый час. Полагаю, наши подходы действительно могут дополнять друг друга.
— С большим удовольствием, — Полина ответила крепким рукопожатием, которое было удивительно решительным для аристократки.
— Только представь, какими разносторонними вырастут наши ученики.
Управлять боевой дружиной оказалось проще, чем решать конфликты между двумя умными, но упрямыми женщинами. Хотя, если вдуматься, в этом столкновении проявились лучшие качества обеих: стремление Василисы дать детям практические, полезные знания и желание Полины расширить их кругозор. Если они смогут работать вместе, ученики Угрюмихи получат образование лучше, чем во многих крупных городах.
Когда я уже направился к выходу, Ольховская окликнула меня:
— Прохор… нам нужно поговорить.
Глава 4
Я обернулся на пороге, удивлённый серьёзностью в голосе Василисы.
— Что именно ты хочешь обсудить? — спросил я.
— Не здесь, — она покачала головой, бросив взгляд на Полину, которая с любопытством наблюдала за нами. — Я хотела бы поговорить наедине.
Мы покинули школу, направляясь в сторону моего дома. Полина осталась стоять в дверях, недоумённо следя за нашим уходом. Пока мы шли по деревенской улице, я размышлял о внезапной серьёзности Ольховской — обычно склонной к подшучиванию и лёгкому тону.
— Это связано с тем, что ты собиралась сказать мне тогда, до появления Полины? — спросил я, вспоминая момент после ритуала.
Василиса чуть замедлила шаг, нервно поправляя выбившуюся прядь волос.
— Да, именно с этим, — кивнула она. — Я должна была рассказать тебе раньше.
На заднем дворе дома воеводы было тихо и безлюдно.
