Даже Василиса, обычно сдержанная, прикрыла рот ладонью, пытаясь скрыть улыбку. Полина же смеялась открыто, запрокинув голову, и в свете костра её волосы казались расплавленным золотом.
На следующее утро нас ждало испытание — переправа через разлившуюся после весенних дождей речку. Основной мост был подтоплен, и нам пришлось искать обходной путь через старый деревянный настил, который выглядел так, будто его соорудили ещё при царе Горохе.
— Не выдержит, — категорично заявил Степан, глядя на прогнившие доски. — Особенно грузовую телегу.
— Сам мост — может и нет, а вот лёд — другое дело, — задумчиво протянула Белозёрова, оценивающе глядя на бурлящий поток.
Она спешилась, подошла к самому краю воды и, вытянув руки, сосредоточилась. Поначалу ничего не происходило, но вскоре поверхность реки начала покрываться тонкой корочкой льда. Льдинки смыкались, нарастали, и спустя минуту перед нами уже был широкий ледяной мост, сияющий в лучах солнца.
— Ох, и сильна, барыня! — восхищённо выдохнул Федот. — Такую махину сотворить!
— Главное — быстро переправляться, пока лёд не треснул, — заметил я.
— Полина, сколько он продержится?
Девушка прикусила губу, прикидывая.
— Минут пятнадцать-двадцать, не больше. Я старалась, но течение сильное, да и жарко сегодня.
— Значит, за дело! — скомандовал я. — Телеги вперёд, поклажу не снимать! Живо, живо!
Мы действовали быстро и слаженно. Возницы погоняли лошадей, стараясь выдерживать дистанцию, чтобы равномерно распределить нагрузку на лёд. Василиса страховала переправу своей магией земли, готовая в любой момент укрепить или восстановить ледяное полотно пластами камней.
К счастью, её помощь не понадобилась. Благодаря чарам Полины, наш маленький караван благополучно пересёк реку менее чем за десять минут. Как только последняя повозка съехала на твёрдую землю, гидромантка перестала удерживать концентрацию, и ледяной мост пошёл трещинами, разбившись на сотни сверкающих осколков.
— Вовремя! — выдохнул Степан, утирая пот со лба. — Спасибо, госпожа чародейка! Без вас несдобровать бы нам тут.
Полина устало улыбнулась и пошатнулась. Похоже, создание ледяной переправы отняло у неё немало сил.
К вечеру третьего дня перед нами наконец открылся Муром — внушительный город, раскинувшийся на высоком берегу Оки. Его белокаменные стены красиво контрастировали с тёмно-зелёными куполами многочисленных храмов. Меня поразили яркие расписные терема и боярские палаты — особняки, красующиеся вдоль главных улиц.
