– С первой частью твоего заявления я абсолютно согласен, – протянул Костин, когда официантка, заставив наш столик тарелками и чашками, удалилась, – а вот со второй нет. Говорят, люди учатся на своих ошибках. Но встречаются экземпляры, которым урок вообще не впрок. Ксения, давайте перестанем ломать комедию. Лампа человек трепетный, нежный, она будет долго и ласково с вами говорить. А я злой мужик, у которого времени на бабские капризы нет. Да, вы никогда не оформляли брак с Козланюком. Вернее, ваш союз был скреплен церемонией под названием «соединение с Учителем».
Юридической силы такое бракосочетание в России не имеет, но для вас оно было крайне важным. Как же, сам Великий Наставник избрал вас… Вот только радость слегка горчила. Знаете, сколько у Козланюка было таких супружниц до вас? Вам напомнить, за что Родион Харитонович получил пожизненное? За убийство своих жен и детей. Вам, Михайлова, феерически повезло, что серийного маньяка схватили до того, как он расправился с очередной своей семьей, то есть с вами и вашими крошками.
Может, все же расскажете нам о своем любимом мужчине?
Ксения сидела, молча уставившись в пустую тарелку.
– Ну, если не желаете говорить, то придется мне напомнить вам, что произошло, – мирно предложил Костин. – Поправьте, если я вдруг ошибусь.
Володя положил перед собой планшетник и, поглядывая в него, завел рассказ.
Глава 26
Ксения Михайлова не знала, от кого ее родила мама. Да и сама Светлана Сергеевна, работавшая проституткой на трассе, навряд ли могла назвать имя отца своего младенца.
Почему Света не сделала аборт? А спросите ее!
Ни малейшего желания воспитывать дочку у пьяницы, обслуживающей дальнобойщиков, не было. Если бы не добрая Валерия Игнатьевна Никитина, соседка по избе, в которой жила Света Михайлова, Ксюша могла бы погибнуть, не проведя на белом свете и месяца. Добрая матушка, вернувшись из роддома, бросила завернутую в тряпки девочку на свою кровать и побежала к придорожному кафе в поисках клиента и выпивки.
Слава богу, у Ксюши оказался на редкость пронзительный голос. Жившая через стенку Валерия Игнатьевна услышала крик и забрала крошку к себе. Никитиной на тот момент исполнилось семьдесят лет, но она была физически крепкой, продолжала работать почталь-оном, колесила между деревнями на велосипеде, развозя письма-газеты, получала небольшую зарплату и пенсию. Денег у нее едва-едва хватало на ее собственное существование, зато были огород, коза, куры и корова.
