Казалось, за ним совсем не следили, но было в этом буйстве зелени что-то гармоничное – он не выглядел неухоженным и заброшенным, скорее… беспечным? Под стать своему Королю.
Я моргнула и нахмурилась, выталкивая из головы ненужные мысли и сосредотачиваясь на том, что успела узнать. В игре появились загадочные Сыны Полумесяца. Дугал о них не соизволил даже обмолвиться. Кто они такие? И почему Лирана так испугалась, когда увидела татуировку на руке мёртвого слуги? Дугал знал о нападении или сам его подстроил? Что за игры он ведёт? И стоит ли мне вообще в этом разбираться? Опыт говорил не лезть в эти хитросплетения и просто делать свою работу – это позволяло сохранять внешнее спокойствие, хотя внутри всё вопило от тревоги.
Магия и фейри и в моём мире не были такой уж редкостью. Пусть я и старалась держаться подальше и от первой, и от вторых, нет-нет да имела дело с чародеями или встречала на лесной тропинке заплутавшего сприггана. Но оказаться в самом сердце волшебного королевства, среди фейской знати, где всё буквально дышит чарами, – это совсем другое.
Я бы соврала, если бы сказала, что совсем не боюсь. И хуже всего было не осознание того, что я уступаю фейри в силе или – разумеется – владении магией, а неизвестность. Чего ожидать от Дугала или от Хоука, мне было совершенно не ясно.
Я вздохнула и потёрла переносицу. Чувствуя, как меня покидают последние силы. Надо поесть. И наконец выспаться.
Оглянулась, чтобы попросить еды, но служанки в комнате уже не было. Пришлось звонить в колокольчик.
Еду принёс человек – юноша с туманным взглядом. Молча поставил огромный поднос на столик у камина и вышел. Запечённая с яблоками утка пахла так ароматно, что я набросилась на неё, позабыв про вилку и нож. Вгрызлась в хрустящую, сочную ножку, запивая терпким вином. Когда половина утки превратилась в кости, я позвонила в серебряный колокольчик. Ванна тут же наполнилась горячей водой с запахом трав. Я смыла с кожи напряжение прошедшего дня, а после едва заставила себя вылезти в холодную комнату и доползти до кровати.
На покрывале обнаружилась ночная сорочка из шёлка, с обилием рюшей и бантиков. Я даже не удосужилась её развернуть, голышом забралась под пуховое одеяло и уснула быстрее, чем голова коснулась подушки. Впрочем, нож под неё я положить не забыла. На всякий случай.
На следующее утро я чувствовала себя гораздо лучше и проснулась с рассветом, незадолго до того, как за мной явилась служанка, чтобы отвести на утреннюю тренировку.
