Брели по стремительно пустеющим улицам. Сумки наши были пусты, желудки полны, ноги гудели от приятной усталости, к груди я прижимала подаренную книгу, а Хоук рядом продолжал пританцовывать под звучавшую только в его голове мелодию.
На углу улицы я заметила старушку-цветочницу. Она медленно, дрожащей рукой пересчитывала монеты, то и дело сбиваясь, а в корзинке у её ног лежали полевые цветы. Среди красных маков и жёлтых лютиков я заметила веточку незабудок.
– Я сейчас. – Махнув Хоуку, я подбежала к старушке, торопливо обменяла монету на незабудки и под её добрый смех побежала обратно.
– Вот, – я протянула Хоуку цветы. – Это мой ответный подарок.
Хоук остановился, с удивлением уставился на меня, а потом осторожно принял цветы и вдохнул их аромат. Я замялась, решаясь на то, что собиралась сказать.
– Я… на языке цветов, в общем… – С ножом я всегда обращалась лучше, чем со словами. – Это значит, что я буду помнить тебя всегда. Я буду помнить этот день всегда! Вот! – выпалила я, развернулась и быстро зашагала по улице, надеясь, что Хоук не заметил моих пылающих щёк.
Хоук догнал меня и как бы невзначай взял за руку. Он тоже был красный до самых кончиков ушей, почти сливаясь с рубинами в серьгах. Незабудку он бережно прижимал к груди.
– Спасибо, – сказал он. – Они очень красивые.
Я кивнула.
– Я их люблю, – и, не зная, что ещё сказать, добавила: – Жаль, что там осталась только одна веточка. Так далеко на севере они редко цветут, так что и это большая удача.
– У нас такие не растут, – Хоук внимательно разглядывал лепестки.
– Серьёзно? Зачем тогда я вообще иду в этот ужасный мир без незабудок?! – шутливо возмутилась я.
Хоук сжал мою руку и нежно улыбнулся.
– Но теперь у меня есть образец. – Он вставил веточку в брошь плаща. – И я смогу наколдовать для тебя хоть целое поле, если захочешь.
– Хочу, конечно! Целое поле! – Я восхищённо развела руками. – Не меньше!
Мы рассмеялись.
В ту ночь я долго не могла заснуть, сидела у костра, взбудораженная событиями дня. Историю про «Принцессу-людоеда» я читала до самого рассвета, пока Хоук спал, прижавшись к тёплому боку волка.
Радости во мне цвело столько, что даже печальный конец книги не расстроил меня. Незабудка так и осталась приколота к плащу Хоука, а я уже грезила о том, как совсем скоро увижу целое море цветов, сотворённое им для меня.
Нас разбудили ночью. Три дня спустя.
Я схватилась за нож, готовая защищать Хоука и защищаться сама, но невидимая сила пригвоздила меня к земле.
