– Я удержала его на месте, впрочем, не особо-то и сопротивляясь.
– Ну и ладно! Золота ещё достаточно, можем позволить себе небольшое развлечение.
Хоук снова потянул меня за рукав. На этот раз я поддалась и последовала за ним.
Пока Хоук с восхищением разглядывал прилавок с украшениями, не обращая внимания на продавца, который с подозрением косился в нашу сторону, я присматривалась к лавке с книгами. Спросила цену тоненькой книжки с интригующим названием «Принцесса-людоед» и, услышав ответ, отдёрнула руку, так и не коснувшись обложки.
Я и не думала, что книги такие дорогущие! Теперь понятно, почему Варден их в основном крал.
– Нравится? – Из-за моего плеча выглянул Хоук, схватил книгу и помахал ею продавцу. – Мы её берём!
– С ума сошёл? Это же куча денег! – Я попыталась отнять у него книгу, но Хоук проворно извернулся, смеясь.
– Эй, козявки! Или платите, или убирайтесь! – гаркнул на нас продавец. – Устроили тут!
Хоук скорчил ему рожу, но монеты отдал, а книгу протянул мне с улыбкой.
– Держи, считай, что это подарок на Ночь Аанъя.
Она совсем скоро.
– Что ещё за ночь аан-чего?
– Летнее солнцестояние, вы его не празднуете?
– Празднуем. – Я кивнула, разглядывая книгу. Мне уже не терпелось её почитать. – Это День Алтара. В его честь жгут костры и запускают в небо фонарики. – Я оторвалась от книги, посмотрела на Хоука и невольно улыбнулась. – Спасибо. Но у меня нет ответного подарка.
– Это пустяки. Мне достаточно твоей улыбки. – Он забрал у меня книгу, быстро сунул её в мой же заплечный мешок и снова потащил меня в толпу.
– Пойдём танцевать! Я, кажется, тысячу лет не танцевал!
– Но мы не купили еды!
– Ещё успеем!"
"Мы ворвались в круг танцующих людей, Хоук закружил меня и запрыгал в такт со всеми, будто всю жизнь только и делал, что учил ярмарочные танцы. Он двигался быстро, грациозно и очень изящно, настолько, что скоро все взгляды были прикованы только к нему. Люди останавливались, хлопали и улюлюкали, а Хоук всё не выпускал меня, кружил и кружился сам. Сперва я боялась: боялась внимания, боялась выронить книгу, боялась, что споткнусь, что с головы Хоука упадёт капюшон, скрывающий уши.
Но заразительное веселье Хоука и всей площади скоро перекинулось и на меня, и вот уже я плясала вместе со всеми, совершенно не думая о посторонних вещах, следуя за нежными руками и янтарными глазами, которые, кажется, пленили меня насовсем.
Еды мы купить не успели. Танцевали и развлекались до заката и опомнились только, когда ярмарка начала сворачиваться.
