А затем я ушла в пустоту, в темноту, которая накрыла меня с головой.
***
Когда машина остановилась, меня бросило вперёд, и ремень безопасности врезался в плечо. Голова закружилась, и я с трудом могла соображать. Глухой стук дверей, шаги по гравию… я медленно начала приходить в себя, но всё вокруг было туманным, словно реальность смазалась, потеряв свои чёткие границы.
Джамаль. Имя пронзило меня, как тысячи острых лезвий. Он увёз меня. Всё это — часть его игры. Я попыталась приподняться на сиденье, но не смогла — руки были связаны слишком туго, верёвки впивались в запястья, вызывая пульсирующую боль.
Джамаль схватил меня, как беспомощную игрушку, и теперь я была заперта, обездвижена, лишена возможности хоть как-то защититься. Дверь резко распахнулась, и его лицо, освещённое тусклым светом от фар, появилось передо мной. Я почувствовала его ледяной взгляд, холодный, как пустынные ночи. Он молчал. Его молчание было хуже любых слов — в этом молчании я слышала приговор.
— Ты — подарок, — сказал он тихо, его голос резал воздух, как лезвие ножа.
— Подарок для той, кто по-настоящему тебя ненавидит.
Меня вытащили из машины с такой силой, что я едва не упала. Ноги подкашивались, но Джамаль быстро схватил меня за локоть и потащил к зданию, похожему на заброшенный особняк. Тяжёлый запах сырости и плесени ударил в нос, и я закашлялась, но он не дал мне времени прийти в себя.
— Где мы? — мой голос прозвучал тихо, хрипло, словно я сама себе не верила. — Что ты делаешь?
Он не ответил. Только крепче сжал мою руку и почти поволок меня внутрь.
Двери захлопнулись с грохотом, как будто закрылись ворота в ад. Мы оказались в длинном коридоре, стены которого были облезлыми, краска местами потрескалась, будто дом давно заброшен. В голове билась мысль: Самида жива. Он ведет меня к ней. Больная тётка Ахмада, которая пыталась разрушить всё, что было у нас, должна была умереть, но... она здесь. И я — её подарок. Мы остановились перед большой деревянной дверью, и Джамаль резко открыл её, вытолкнув меня вперёд. Я оступилась, чуть не упала, но удержала равновесие.
Передо мной была пустая комната с одной маленькой лампочкой, которая тускло освещала пространство.
— Оставайся здесь, — его голос был безэмоциональным. — Скоро к тебе придут.
Он повернулся и вышел, оставив меня одну. Дверь захлопнулась с таким звуком, как будто за мной навсегда захлопнулись ворота этого мира. Тишина в комнате угнетала. Я прижалась к холодной стене, чувствуя, как сковывает всё тело — страх, боль, ужас.
