И однажды ночью, когда всё вокруг затихло, когда даже стены больницы казались молчаливыми свидетелями моего тягостного безумного ожидания, я услышала его слабый стон. Я подскочила, леденея от ужаса и предвкушения…только не самое страшное. Господи, пожалуйста. Я все ему прощу, только верни его мне. Умоляю, Господи!
— Ахмад? — прошептала я, наклоняясь ближе, чувствуя, как моё сердце готово разорваться. Его глаза медленно открылись. Они были мутными, его взгляд был расфокусирован, но он смотрел на меня. Он вернулся.
— Вика… — его голос был хриплым, слабым, но я услышала его.
Моё сердце, казалось, заколотилось так сильно, что ещё немного — и я бы потеряла сознание.
— Я здесь, — прошептала я, слёзы потекли по моим щекам. — Ты со мной. Ты рядом со мной. Дыши…я дам тебе столько воздуха сколько ты захочешь. Не бросай меня…
Он попытался улыбнуться, но боль исказила его лицо.
— Ты тоже не бросила, — его голос был едва слышен, но в нём была та сила, которую я знала. Тот Ахмад, которого я любила.
Я не могла больше сдерживаться.
Я опустилась на постель рядом с ним, мои пальцы коснулись его лица, его шрамов. Я больше не могла сдерживать свои чувства. Я больше не могла отрицать то, что было между нами.
— Мы начнём всё сначала, — прошептала я, целуя его в лоб. — Мы дышим…правда?
- Мы дышим…- прошептал он и слабо улыбнулся.
Глава 25
В больнице стояла тишина, как будто весь мир на мгновение остановился. Я вышла из здания, почувствовав, как прохладный вечерний воздух коснулся моего лица. Всё казалось странно спокойным, слишком тихим после того, что мы с Ахмадом пережили.
Его состояние стабилизировалось, и, хотя врачи были осторожны в прогнозах, я знала — он будет жить. Он должен жить.
Я попыталась глубоко вздохнуть, но в груди всё ещё что-то сжимало. От страха, от напряжения, от невыносимого чувства вины, которое было со мной последние несколько дней. Вспышки памяти возвращались, как тени прошлого, постоянно напоминая мне о том, что я чуть не потеряла его. Чуть не потеряла всё.
Дети.
Мои мысли тут же переключилась на них.
Миша и Саша... Их лица стояли перед глазами. Сейчас, когда Ахмад был вне опасности, мне нужно было вернуться к ним. Я должна быть рядом, должна защитить их. Я на мгновение остановилась, стоя у двери больницы, как будто между двумя мирами — между больницей, где боролся за жизнь Ахмад, и домом, где ждали мои дети. Моё сердце разрывалось на части. Но я знала, что должна сделать следующий шаг. Чёрный автомобиль с водителем уже ждал меня у входа.
