Развернувшись на одном крыле, он тяжело полетел прочь, орошая снег крошевом старых желтых костей. Все ж таки фугасные снаряды здорово его помяли.
Мы вновь рванулись вперед, стремясь сократить дистанцию и дотянуться магией до двухсотуровневого создания. Тварь очень неудобная даже для слаженной группы – берет ее только магия либо зачарованное оружие, что сразу же исключает из боя большинство танков и рукопашников.
Второй номер звена метался в небе, беспомощно кружа вокруг товарища и не зная, чем помочь. Наконец пилот решился на рискованный трюк.
Зависнув в полусотне метров от избиваемого собрата, вертушка открыла одиночный огонь из пушечного контейнера на внешней подвеске. Как ни странно, но ему удалось повредить иллюзорную плоть Химеры! Мизер, конечно… Каждое попадание двадцатитрехмиллиметрового снаряда сносило лишь несколько сотен хитов, но ведь сносило!"
"За спиной остановился Анунах. Поверивший в силу своего лука, он начал бить по монстру с немыслимой для Друмира дистанции! Урон меньше ожидаемого, да и лук – штука для паладина непрофильная, однако энчантнутые огненной магией стрелы уверенно вышибали по три-четыре сотни хит-поинтов.
Другое дело, что, как подсказывал офлайновый Бестиарий, Химера имела около сорока тысяч единиц жизни.
До цели оставалось всего ничего, когда пилот избиваемой машины нас заметил. Вместо ожидаемой попытки приблизиться и подставить слабенького для нас МОБа под удар слаженной группы, вертушка пошла на самоубийственный подвиг – бросилась в сторону, утаскивая за собой монстра и спасая охраняемые объекты.
К счастью, далеко «Аллигатор» не ушел. Триста килограммов брони пилотской кабины еще держались, но вот движки не перенесли критичной деформации и заглохли практически одновременно.
Летчик оказался толковым – смог посадить дымящуюся двенадцатитонную машину на одной лишь авторотации. Приземление было ожидаемо жестким – шасси подломилось, хвостовую балку перекосило, и машина завалилась на бок, сминая крыло внешней подвески.
Химеру от удара сбросило на землю.
Тварь отряхнулась, помотала оглушенной головой и вновь вцепилась в многострадальную вертушку. Когти легко вспарывали авиационный алюминий и полимер хай-тек. Бронекомпозит крошился под зубами монстра, полоска жизни вертолета истончалась на глазах. Дала сбой поврежденная электроника – отстрелив лопасти, жахнула катапульта второго пилота, выбрасывая его вместе с креслом на высоту трех десятков метров, а затем предсказуемо роняя на землю.
