Уго мог заполучить ключ от этой квартиры.
— Как это? — спросил инспектор."
"— Брат живет со мной, — заговорила Ноэми. — Ключи от всех квартир, в которых мы убираем, висят в моей комнате, на гвоздиках, на каждом — имя клиента. У Уго ветер в голове, он вечно ввязывается в неприятности, но на самом деле и мухи не обидит.
— Твой брат мог пойти в квартиру Розен, чтобы ее обокрасть… — предположил инспектор.
— И ты думаешь, что он взял и повесил эту женщину? Бога ради, Боб! Помоги нам, не дай впутать мальчика! — молил его Блейк.
— Это невозможно. Нам придется допросить всех, кто был в контакте с жертвой, и имя Уго всплывет в ходе расследования. Попробую дать ему пару дней, — сказал инспектор. — Сейчас я поеду в офис. Через десять минут сделайте короткий звонок из автомата и сообщите о случившемся. Не обязательно называть имя, просто дайте адрес этой Розен.
Инспектор остановился на бензоколонке, чтобы заправиться, и, как он и ожидал, голос Петры Хорр раздался из мобильника, сообщая о трупе на Чёрч-стрит.
Мартин направился туда, а его ассистентка с военной четкостью выкладывала основные данные о жертве. Рэйчел Розен, родилась в 1948 году, окончила университет в Хастингсе, работала в частной адвокатской конторе, потом прокурором в суде первой инстанции и, наконец, судьей по делам несовершеннолетних, в каковой должности и пребывала на момент смерти.
— Ей было шестьдесят четыре, в следующем году собиралась на пенсию, — добавила Петра. — Замужем за Дэвидом Розеном, они разъехались, но не развелись; есть сын Исмаэль, живет в Сан-Франциско и вроде бы работает в винном магазине, но это нужно уточнить.
Ему еще не сообщили. Знаю, о чем вы думаете, шеф: первый на подозрении — супруг, но это не сработает: у Дэвида Розена отличное алиби.
— Какое?
— Он умер от сердечного приступа в тысяча девятьсот девяносто восьмом году.
— Плохо, Петра. Что-нибудь еще?
— Розен не ладила с невесткой, поэтому отдалилась от сына и троих внуков. Есть еще братья, живут в Бруклине, — по-видимому, они не встречались несколько лет.
Розен была женщина малообщительная, угрюмая, злобного нрава. Была суровой судьей, ее приговоры устрашали.
— Деньги? — спросил Боб.
— Об этом ничего не знаю, но выясню. Хотите знать мое мнение, шеф? Так ей и надо, старой карге, пусть ее черти жарят в аду на сковородке.
Когда Боб Мартин подъехал к дому на Чёрч-стрит, напротив парка Долорес, полквартала уже было оцеплено и улица закрыта для движения транспорта.
