Будучи замужем за Бобом Мартином, она терпела его подростковое легкомыслие, банки из-под пива на полу, дружков, развалившихся перед телевизором и громко топающих, и решилась на развод только тогда, когда невозможно стало закрывать глаза на его интрижки. Через три года после того, как они разошлись, Боб все еще просил дать ему второй шанс, но Индиана потеряла к нему доверие. В последующие годы она пережила несколько любовных приключений, которые закончились без обид: ни один из тех, других мужчин не обманул ее и не бросил.
Когда чувства остывали, она находила деликатный способ отдалиться. Может, Алан Миллер и не был идеальным спутником жизни, о чем твердили ей и дочь, и бывший муж, и Райан Миллер, но до сих пор Индиана не сомневалась в его верности, которая для нее составляла основу их отношений. Цветная вклейка в журнале — два листка глянцевой бумаги — доказывала, что она заблуждалась.
Чтобы лечить тела других людей, Индиана научилась познавать свое; умея настроиться на одну волну с пациентами, она постигала и саму себя.
Алан Келлер говорил, что она сообщается с миром через чувства и эмоции, живет в эпоху до изобретения телефона, в какой-то магической вселенной, полагаясь на человеческую доброту; права была Селеста Роко, утверждавшая, что в предыдущем воплощении Индиана была дельфином и в следующем опять вернется в море: твердая почва не для нее, у нее отсутствует ген предусмотрительности. К этому добавлялись годы духовных исканий, в течение которых она еще больше оторвалась от материального, освободила и ум, и сердце.
Но когда Индиана увидела в журнале фотографии Алана Келлера и Женевьевы ван Хут, ничто не смягчило удара.
Она поднялась в свою квартиру, включила отопление и легла в постель, в темноте наблюдая за своими чувствами, налаживая правильное дыхание и призывая ци, космическую энергию, которую она во время сеансов старалась передавать пациентам, а также прану, силу, поддерживающую жизнь, представляющую собой одну из ипостасей богини Шакти, ее покровительницы. Но на сердце кошки скребли.
Индиана долго плакала, только после полуночи усталость одолела ее, и она на несколько часов забылась беспокойным сном.
Четверг, 26 января"
"После ночи, полной мучительных сновидений, которые она не могла вспомнить, Индиана проснулась рано. Чтобы успокоиться, втерла в запястья несколько капель померанцевого масла — выжимки из цветков апельсинового дерева, и спустилась к отцу на кухню, приготовить мятный чай с медом и приложить лед к распухшим векам.
