Между этими двоими возникла прочная связь, которая не нарушилась и тогда, когда Боб с Индианой развелись. Блейк по-прежнему главенствовал над зятем, как благосклонный отец, а Боб, в свою очередь, был услужлив, как почтительный сын. Они ходили вместе на футбол, смотрели боевики и пропускали по стаканчику в «Камелоте», баре, который оба предпочитали.
До знакомства с Райаном Миллером бывший муж был вторым человеком после отца, к которому Индиана прибегала в случае необходимости, и была уверена, что Боб разрешит проблему, хотя и забросает ее запоздалыми советами и упреками.
Индиана восхищалась им и очень его любила, но Боб был вполне способен вот так над ней подшутить, стащить белье, чтобы показать, как легко обокрасть ее квартиру. Он давно твердил, что нужно поменять замки и поставить сигнализацию.
— Помнишь, ты мне обещала котенка? — вторглась Аманда в ее размышления.
— Дочка, в конце августа ты уедешь в университет. Кто тогда будет ухаживать за этим твоим котенком?
— Дедушка.
Мы с ним говорили, он согласен.
— Мистеру Джексону и впрямь на пользу пойдет котенок. Ему будет очень одиноко без внучки, — вздохнула Элса.
Воскресенье, 22 январяКвартира Боба Мартина располагалась на пятнадцатом этаже одного из тех зданий, которые в последнее время вырастали как грибы к югу от Маркет-стрит. Несколько лет тому назад здесь был небезопасный портовый район, со складами и погребками; теперь вдоль набережной раскинулся жилой квартал, который котировался очень высоко, с его ресторанами, художественными галереями, ночными клубами, роскошными отелями и особняками; к тому же отсюда и до финансового центра, и до Юнион-сквер было рукой подать.
Инспектор купил квартиру, когда проект еще только разрабатывался и цены не взлетели до потолка, с помощью ипотеки, которую он, похоже, не выплатит до конца своих дней. Здание впечатляло своей высотой, и Селеста Роко твердила, что покупка такой квартиры — плохое вложение капитала, потому что башня обрушится во время ближайшего землетрясения.
Правда, планеты не указали, когда это случится. Зато из окна гостиной можно было любоваться морем, усеянным парусами, и мостом через Чесапикский залив.
Аманда, с перышками в волосах, в чулках в желтую полоску и в старом дедовом кардигане с дырками на локтях, обедала с отцом на кухне. Они восседали на высоких табуретах перед стойкой из черного гранита.
