У всех бандитов была своя задача.
Анатолия поразило, сколько умеющих стрелять, оказывается, было в банде. И, несмотря на то что грабежи их никогда не сопровождались разбоем, убить людей все согласились с легкостью.
Автомобили охраны и деляг планировалось столкнуть в небольшое озеро, которое находилось поблизости, и тем спрятать концы в воду в буквальном смысле слова. Это означало, что участь двух деляг и шофера была предопределена тоже.
— Как вы понимаете, их будут искать, — четким, хорошо поставленным голосом пояснял Зленко, — никто не позволит двум миллионам рублей просто так раствориться в воздухе.
Поэтому всем придется разойтись по разным углам и залечь на дно. Возможно, все вы никогда больше не увидитесь.
Говорили долго — до хрипоты. Один Анатолий тихонько сидел в своем углу, сохраняя молчание. Убийство. Убийство людей с особой жестокостью. Это не кража, не разбой, не грабеж. Это уже грозило высшей мерой наказания. И несмотря на то что он не собирался стрелять, Нун прекрасно понимал, что эта кровь будет и на его руках.
Глава 22
В следующую ночь Анатолий не спал. После этого плана, после осмысления того кошмара, в который попал, он так и не смог заснуть. Он лежал и думал, глядя пустыми глазами в темноту, думал, что теперь делать, и не находил выхода.
Надо было бежать — но как? Ему казалось, что бездна разверзлась прямо под его ногами. Ни за что не выбраться.
Тихий скрежет, вдруг раздавшийся в тишине, заставил Нуна мгновенно насторожиться. Он сел на кровати, прислушиваясь.
— Эй, Баян, это я, — он узнал голос Толяна.
— Не спишь?
Жмых пробрался к нему в сарай, опасливо оглядываясь по сторонам. Двигался на ощупь в темноте, у него не было ни фонарика, ни спичек.
Анатолий потянулся было к фонарю, стоявшему у кровати, но Толян сразу зашипел:
— Не вздумай включать свет! Тихо-тихо. Так не спишь, Баян?
— Нет, — так же шепотом сказал Нун.
— Я вот чего к тебе пришел, — Жмых тихонько сел на край табуретки возле кровати. — Бежать тебе надо!
— Сам знаю, что бежать! Но как?
— Я тебя выведу.
— Ты? А с чего это? — мгновенно насторожился Анатолий. Он больше не верил в душевные порывы, как не верил и в доброту. Пребывание у бандитов сделало его другим человеком.
— Убьют тебя, — Жмых покачал головой. — Жалко.
— Что значит — убьют? — не понял Нун.
— Ловушка это. Нет никаких двух миллионов. Зленко все это специально придумал, чтобы избавиться от банды. Значит, на наш след уже вышли.
— Что же будет? — Все у Анатолия внутри застыло.
