Слишком живы были в моей памяти воспоминания о том, чем именно они оказались испачканными несколько часов назад. Правда, сейчас о произошедшей трагедии ничего не напоминало. Не знаю, что именно сделал Себастьян или его люди, но улица перед домом радовала свежим белым снежком, на котором не было ни малейшего следа от недавнего нападения и его ужасного завершения.
— Зайдешь на чашечку кофе? — из вежливости поинтересовалась я, уже взявшись за дверную ручку.
— Прости, но нет. — Себастьян с видимым сожалением вздохнул.
— Слишком много работы.
— Понимаю, у меня тоже. — Я усмехнулась, вспомнив про два сеанса, назначенных на сегодня.
Себастьян как-то странно хмыкнул, но ничего не сказал по этому поводу.
— Посиди сегодня дома, — вместо этого проговорил он. — Я не приказываю, а прошу, Трикс. Отдохни перед приемом. Балы — чрезвычайно утомительное занятие. Да, кстати, завтра встань пораньше. Я пришлю девушку, которая поможет тебе подготовиться соответствующим образом.
Забавно, но когда Себастьян говорил таким спокойным тоном, мне совершенно не хотелось с ним спорить. Более того — он даже переставал меня раздражать, и я начинала испытывать к нему подобие добрых чувств.
— Спасибо за наряд, — поблагодарила я. — Это был щедрый подарок.
Светлые глаза Себастьяна насмешливо вспыхнули от моих слов. Он перехватил меня за руку, поднес ее ко рту и легонько поцеловал мои пальцы.
— Ты даже не представляешь, насколько я могу быть щедрым, — чувственно шепнул он.
Затем, не дожидаясь, пока я опомнюсь от его неожиданной выходки, так же резко отпустил мою ладонь и почтительно склонил голову, прощаясь.
Я вспыхнула от смущения, хотела было сказать ему что-нибудь резкое, но все слова как назло вылетели из головы. Поэтому я не нашла ничего лучшего, как развернуться и заскочить в дом, захлопнув дверь прямо перед носом Себастьяна.
* * *Я нервничала. Даже не так — я места себе не находила от волнения, то и дело начиная грызть ногти.
Глупая детская привычка, от которой, как мне казалось, я давным-давно избавилась.
— Успокойся, Трикс, — обронил Себастьян, с известной долей снисходительности наблюдая за моими ерзаниями по сиденью, пока карета медленно и величаво везла нас по улицам Арильи, на которых уже начал сгущаться вечерний сумрак. — Поверь, все будет хорошо!"
"Я зло глянула на него, но удержалась от каких-либо замечаний.
