Несколько проклятых месяцев я пытался найти концы в этом деле. Тогда я еще не занимал столь высокий пост, как сейчас, поэтому мне пришлось нелегко. В полиции меня пытались убедить, что все эти смерти — лишь досадные случайности. Дети ведь так часто бывают беспечны. И к тому же погибшие были сиротами и беспризорниками. Шлялись по проселочным дорогам, попрошайничали, порой подворовывали, наверняка бы выросли в какое-нибудь отребье, грабящее честный люд. Стоит ли переживать из-за них в таком случае?
— Мерзость какая! — с чувством произнесла я, передернув плечами от отвращения.
— Тогда я был молод и горяч, поэтому счел так же. — Себастьян вновь потянулся к вину. На сей раз он не просто смочил губы, но осушил бокал и тут же наполнил его вновь, задумчиво взглянул на меня сквозь алые переливы. — И помощник мне попался под стать. За эти месяцы расследования я весьма сдружился с Карлом. Именно так звали того стажера. У нас было очень много общего. Он не являлся дворянином, так же, как и я, входил во второе сословие, всего в жизни добился сам, был одного возраста со мной.
И в один прекрасный, а точнее, ужасный миг нам в головы пришла идея: если мы не можем выследить убийцу, то надо ловить его на живца. И тут помог мой талант. Сумеречная магия тем и хороша, что помогает чувствовать, так сказать, напряженность момента. Вот ты, к примеру, многие годы была уверена в своем даре предсказаний, а ведь так всего лишь проявлялись твои скрытые способности.
— То есть ты определил, где должно произойти следующее убийство? — уточнила я, не совсем поняв его объяснения.
— Верно. — Себастьян с такой силой сжал руку в кулак, что едва не раздавил хрупкий бокал, и опомнившись, поставил его на стол. — Мы с Карлом приготовили идеальную ловушку. И тем большим был мой ужас, когда она сработала, поскольку попалась в нее Мелисса. Оказалось, что она действительно была посланницей бога, но не Лиоры, а Альтиса. Он даровал ей возможность исцелять, но за это она должна была приносить ему жертвы.
— И ты убил ее?
Себастьян словно не услышал вопроса. Он смотрел прямо на меня, но, я была уверена, не видел ничего. Его светло-голубые прозрачные глаза сейчас как никогда напоминали бельма слепых."
"— Она смеялась мне в лицо, — наконец выдохнул он. — Понимаешь, Трикс? Смеялась в лицо и кричала, что мне никто не поверит. Что я — выскочка, только начавший подниматься по служебной лестнице, а она — уважаемая целительница.
