— Ну уж нет, теперь слушай. — Себастьян страшно оскалился, будто каждое слово приносило ему нестерпимую боль. — Какая разница, тайной больше или меньше? Ты и без того слишком много знаешь обо мне. Я убил его жену, Трикс. На его же глазах. Как думаешь, это достаточная причина для мести?"
"Я прижала ладонь ко рту, сдерживая удивленное восклицание, которое так и рвалось наружу. Интуиция подсказывала мне, что сейчас не время для вопросов. Если Себастьян захочет, он все расскажет. Но вот обрадует ли меня его откровенность?
— Она была целительницей.
— Себастьян устало потер лоб. Каждая его фраза камнем падала между нами. — И неплохой целительницей, смею тебя заверить. Она спасала людей даже в тех случаях, когда смерть уже стояла у кровати несчастных, а на их лбах проступала печать Альтиса. Я бы сам не поверил, что такое возможно, если бы не был непосредственным свидетелем ее действий. Она творила настоящие чудеса, Трикс! Я ни разу не видел ничего подобного и вряд ли увижу.
Себастьян замолчал.
Рассеянно отхлебнул вино и с настоящей мукой посмотрел на меня.
— И что же она натворила? — осмелилась я спросить.
— Это открылось случайно. — Себастьян опустился на краешек постели, поставил почти полный бокал на столик и сгорбился, спрятав лицо в ладонях. Его голос теперь звучал глухо, но отчетливо. — Мелисса много времени проводила в разъездах. Говорила, что оттачивает свое мастерство, по мере сил помогая крестьянам. Естественно, при этом она не брала с них денег. Ее муж еще смеялся, что, верно, женился на настоящей посланнице Лиоры.
Только преданная служительница богини справедливости и плодородия будет так добра к людям. И все было бы хорошо, но однажды ко мне на прием прорвался очень молодой и амбициозный стажер полицейского управления. Он убеждал меня, что наткнулся на необычную закономерность. Каждый год в окрестностях Арильи находили тела пяти мальчиков. Всегда одного возраста и примерно одинакового телосложения. Чаще всего их смерти списывали на несчастные случаи, но стажера заинтересовало то, что у всех погибших детей были светлые волосы, а на руках — странные ожоги в виде перечеркнутого молнией глаза.
— Но это же знак Альтиса! — не удержалась я от восклицания, вспомнив, что такое же клеймо Себастьян носит на своем теле.
— Вот именно. — Он кивнул. — Ты же в курсе, что у меня особые отношения с этим богом. Поэтому я, естественно, заинтересовался словами стажера и решил провести собственное расследование.
