— Он родом не из Винтерфелла, миледи, но некоторые утверждают, что видели его здесь, около замка, в последние несколько дней.
— Значит, он из людей короля, — сказала она. — Или из Ланнистеров. Он мог остаться, когда остальные уехали.
— Возможно, — сказал Халлис. — При такой толпе, наполнявшей в эти дни Винтерфелл, трудно сказать, откуда он взялся.
— Он прятался в конюшне, — доложил Грейджой. — Это нетрудно было понять по запаху.
— И как он мог войти туда незамеченным? — спросила Кейтилин резким тоном.
Халлис Моллен казался пристыженным.
— Когда лорд Эддард увел часть коней на юг, а других мы отослали на север, в Ночной Дозор, стойла остались пустыми. Не так уж трудно спрятаться от конюшенных мальчишек. Возможно, его видел Ходор; поговаривали, что он ведет себя странно при всей его простоте. — Хал потряс головой."
"— Мы обнаружили, где он спал, — вставил Роберт. — Под соломой нашлась кожаная мошна с девяноста семью оленями.
— Приятно знать, что жизнь моего сына оценили достаточно дорого, — с горечью проговорила Кейтилин.
Халлис Моллен в смятении поглядел на нее.
— Прошу прощения, миледи, вы говорите, что он намеревался убить вашего мальчика?
Грейджой посмотрел на нее с сомнением.
— Это безумие.
— Он явился за Браном, — ответила Кейтилин. — Он все бормотал, что я не должна была оказаться в опочивальне. Он поджег библиотеку, думая, что я брошусь туда спасать книги и возьму с собой стражу. Замысел сработал бы, если бы я наполовину не обезумела от горя.
— Но зачем кому-то убивать Брана? — сказал Робб.
— Боги, он всего лишь маленький мальчик, беспомощный и находящийся в забытьи.
Кейтилин глянула на своего первенца вызывающе.
— Если ты собираешься править на Севере, значит, нужно уметь видеть смысл происходящего. Сам ответь на собственный вопрос. Зачем кому-то может понадобиться смерть спящего ребенка?
Прежде чем Робб успел ответить, вошли слуги с блюдом еды, присланной из кухни. Ее оказалось куда больше, чем просила Кейтилин: горячий хлеб, масло, мед, черная смородина с сахаром, кусок бекона, сваренное всмятку яйцо, ломоть сыра и кувшинчик мятного чая.
— Как там мой сын, мейстер? — Кейтилин поглядела на яства и обнаружила, что не ощущает аппетита.
Мейстер Лювин потупил глаза.
— Без перемен, миледи. — Именно этого ответа она и ожидала — не более и не менее. Руки Кейтилин пульсировали от боли, нож словно бы еще резал их. Она отослала слуг и поглядела на Робба.
— Ну, как насчет ответа?
— Кто-то боится, что Бран очнется, — предположил Робб.
