Слева мостовая, справа газон, впереди, метрах в полста, автобусная остановка. Там в обществе пары девиц сидел молодой человек в кроссовках и бейсболке. Судя по всему, «сутик» с товаром. Зато ни камня, ни кирпича поблизости не наблюдалось.
«Ладно, никуда не денется и так, – решила Оксана, – вроде хорошо стоит…» Плавно подняла машину, быстренько заменила колесо, начала затягивать болты…
В это время раздался рёв мотора и мимо проследовал средней обшарпанности «УАЗ» с синими номерами. И, заскрипев тормозами, причалил к автобусной остановке.
«Милиция», – отметила про себя Оксана, а больше ничего отметить не успела, потому что раскрылась дверца и изнутри «УАЗа» чуть ли не пинком выбросили девчонку. Тощенькую, зарёванную, помятую, испуганно вжавшую голову в плечи. Следом, распушив усы, вылез в меру толстый сержант и, гневно округлив глаза, заговорил с сутенёром.
«Э, да мы, оказывается, предъявы кидаем…» – покоробило Оксану.
А на остановке уже перешли от слов к делу – обладатель бейсболки ударил тощенькую резко под дых.
Тут же добавил в печень, снова приложился в живот… И всё это молча, без эмоций, не меняя выражения лица. Привычно, деловито и профессионально, не нарушая экзекуцией макияж… Товарный вид портить – оно ему надо?
«Так…» – захлопнула багажник Варенцова, посмотрела по сторонам и пошагала к остановке – с улыбкой на губах и с увесистым раздвижным баллонником за спиной. Она не любила – во-первых, сутенёров, во-вторых, когда бьют женщин, а в-третьих…
– А ты чё пришла? – повернулся в её сторону первый пункт нелюбви.
– Тебе тут цирк, да? Живо села в свою помойку и порулила на хрен…
– Ладно, ладно, сейчас уеду, – пообещала Варенцова, с улыбкой сделала ещё шаг и… жахнула баллонником сутенёру между ног. Телескопическая рукоять, увенчанная массивной головкой, выхлестнула вперёд, делая аргумент воистину неотразимым. – Это тебе за помойку, – с хрустом добавила по колену, пнула мыском кроссовки в живот и довершила начатое задней подножкой – качественно, так чтобы затылком в асфальт.
«Сутик» сразу сделался вежливым, спокойным и тихим.
– Э, подруга, ты чего, – вышел наконец из ступора мент. – Да я тебя сейчас…
Впрочем, в его голосе сквозила некоторая неуверенность. Раз бьет, да ещё так, значит, имеет право…
– Я тебе, козёл, не подруга, – обернулась Оксана. Сунула руку в карман и показала красный прямоугольник. – …А подполковник ФСБ Варенцова. Так что ты мне?
– Э, ничего, – мигом, словно воздушный шарик, сдулся сержант.
