А когда в начале сороковых в пустынях Западного Египта и Восточной Ливии происходили сражения между итало-германскими войсками и британскими соединениями, при штабе Роммеля вовсю работали специалисты из Аненербе. А ещё позже, в годы строительства Асуанской плотины, по пустыням рыскала геодезическая экспедиция, возглавляемая полковником КГБ под псевдонимом «Светлов». Да только напрасно – сокровища Гаумахты как в воду канули. Точнее, в песок…
«Ну да, а какой-то там доктор Чартоев взял и нашёл», – отложила книгу Варенцова, коротко зевнула и отправилась в постель.
Тишка через некоторое время всё же проснулся, притопал и устроился у неё на ногах…
Америка. Под подолом Свободы
С Атлантики дул ветер, разводил волну, белые гребешки шуршали о камни острова Свободы. Серое небо хмурилось, похоже, собирался дождь. Будь факел в руке богини настоящим, тучи давно бы его затушили.
Однако холодный ветер и сырость отнюдь не отпугнули туристов, прибывших к причалу на экскурсионном пароме. После событий 11 сентября особо выбирать не приходится, – пустили полюбопытствовать, на том и спасибо.
К Свободе теперь можно только по пропускам. Думаете, зря в каждом боевике финальное сражение разворачивается непременно у исторической статуи? Дыма ведь без огня не бывает…
Народу на пароме было не так уж и много. Первым на берег сошёл путешественник, представившийся Краеву как Федот Панафидин. Только на этот раз никаких кейсов, сказочных прикидов и подавно бриллиантов. Джинсики, курточка, вязаная шапочка и кроссовки.
В общем, Федот был совершенно не тот. Рядом с ним переваливался с ноги на ногу тучный азиат, то ли из-за фигуры, то ли из-за сморщенного лица очень напоминавший печёное яблоко. Причём яблоко, судя по глазам, оценивающим и злым, – червивое, изъеденное изнутри. Шли они неспешно, поглядывали по сторонам и секретности ради беседовали на диалекте полинезийского племени, вымершего из-за ядерных испытаний на Муруроа.
– Чёртова погода, чёртов ветер, чёртовы шпионские игры, – мрачно говорил Панафидин, ёжась и сплёвывая сквозь зубы.
– Что, другого места было не найти? А, многоуважаемый партнёр? И ещё чёртов насморк…
– Дорогой партнёр, это не ко мне, – чинно отвечал Азиат и каждый раз кланялся, отчего временами становился похож на китайского болванчика. – Я всего лишь маяк, связующее звено. Курьер новый, в лицо вас не знает, а вся эта игра в пароли так ненадежна…
– О-хо-хо-хо-хо-хо, – посмотрел Панафидин на статую, на могучий постамент, вздохнул.
