А как меня кусала гюрза! О, если бы вы только знали, как меня кусала гюрза! Это произошло в горах, вдали от людей, на высоте двух вёрст над уровнем моря. Из носу у меня пошла кровь, из глаз у меня пошла кровь, и вообще из откуда не надо у меня пошла кровь. Но я не растерялся, я развел костер, поставил чайник, высыпал туда пачку чаю и пил, пил, пил, пил. И лишь одна мысль в больной голове: чтобы не образовался тромб в сердце. В моем старом больном, бешено бьющемся сердце…
Тем временем приготовления закончились и группа пошла внутрь – подполковник, трое бравых омоновцев и Нигматуллин.
Причём он, как положено штрафнику, двинулся первым – искупать кровью. Варенцова тоже пошла, прихватив на всякий случай электронную дубинку. Поднялись на крылечко, открыли дверь и внутренне ахнули – ну и ну… Дом у доктора Чартоева был действительно как крепость. Мало того что за высоким забором, не говоря уже о собаках, так ещё и со специальным тамбуром, представлявшим собой, представьте, террариум. С особым подогревом, бассейном, искусно оборудованными укрытиями…
– Эй, мадам начальник, крутите головой, – услышала Оксана голос Нигматуллина.
– И смотрите под ноги. Тут масса интересного. Видите, какая красотуля… – Он уже упаковывал в мешок недовольную коричневую гадину. – А зовут ее гая. Да, Клеопатра была женщина со вкусом…[73] – Тут он глянул в угол и закричал: – Эй, граждане начальники, осторожней! Сейчас брызнет!
Он знал, о чём говорил. Двое омоновцев, зафиксировавших прикладами кобру к полу, дружно выругались и отшатнулись, гая тем не менее густо окатила их… нет, не ядом, а испражнениями.
"
"– Вот, мадам начальник, извольте видеть прозу жизни, – с ухмылкой прокомментировал Нигматуллин. – Посмотреть, кобра – благороднейшая змея, а если глянуть в корень – простой засранец уж. Те тоже в случае опасности не задумываются… Осторожнее, не подходите вон к той красавице в углу. Очень даже может брызнуть… и, поверьте, не дерьмом…
Так они и продвигались потихоньку вперёд. Террариум у доктора Чартоева был основательный, не менее чем на пару дюжин персон, и теперь это всё ползало где хотело.
Наконец поднялись на второй этаж, вошли в личные апартаменты хозяина… Здесь явно что-то искали – царил жуткий бардак, а посередине красовался сам доктор Чартоев. Практически голый, окровавленный, с переломанными костями. Вначале его пытали, причём с явным знанием дела, а потом убили, да не из пистолета в висок, – раздавив грудную клетку, словно на червяка наступили.
– Вот тебе и змеи.
