– Уважаемый партнёр, – заметил преемник Джеронимо, когда Панафидин иссяк. – Всё хорошо, но вот с номерами четырнадцать и пятьсот двадцать три, по-моему, недоработка. Какой-то там муляж взрывного устройства с целью воздействия на психику клиента… Пфуй! – Обсидиановые глаза сверкнули чёрным огнём. – Пластида полкило ему в унитаз, чтобы копчик в черепушке застрял. А эти ваши опухоли в мозгу, медленные, задумчивые и печальные? Нечего, дорогой партнёр, время тянуть. Его, так-то говоря, у нас осталось немного… А потому – только радикальные решения, никаких полумер.
– Естественно, уважаемый партнёр, никаких полумер, – согласился Панафидин. – Однако в плане четырнадцатого номера не всё так просто. С ним напрямую был связан шестьсот сорок второй и наверняка оставил ему какую-то информацию. Так что здесь, полагаю, рубить с плеча нам не след. А вот что касаемо пятьсот двадцать третьего – понял, осознал, каюсь. Будем исправлять, пришлём ему специалиста.
– Да, да, пришлите. И найдите самого лучшего. – Брутальный оскалился.
– Чтобы никаких больше опухолей. И никаких мозгов… Ну что, дорогие партнёры, останетесь ночевать? Нет? Надо возвращаться, дела?.. Что ж, жаль… Да, кстати, – он начал убирать со стола, тряпка в его руках оставляла кровавые разводы, – тот апачский койот, что привез вас сюда, – серой масти. Надеюсь, мне не нужно объяснять, как поступают с отступниками? Ну всё, уважаемые партнёры, спасибо за компанию. Бон вояж.
И наверное, впервые за все время он улыбнулся. Получилось настолько страшно, что сам Джеронимо бы позавидовал.
Варенцова. Госпожа и её раб"
"Случалось ли вам, любезный читатель, в жаркий, пыльный и потный день сидеть в пробке где-нибудь на подходах к Аничкову мосту и смотреть из окошка машины на резвых мальчиков, бесплатно сующих водителям какие-то не то журналы, не то рекламные каталоги нового магазина?.. Одному из авторов этих строк – доводилось, и журнальчик был взят, скажем прямо, больше с мыслью о растопке для дровяной печки. Поэтому красочное издание под названием «Рандеву» ехало всю дорогу небрежно закинутым на пол между сиденьями.
Да и по приезде домой оказалось опять-таки на полу, рядом с кочергой и совком.
Печка уже зияла распахнутой топкой, когда журнал оказался всё-таки раскрыт… отложен в сторонку… и наконец прочитан, что называется, от корки до корки.
Вы будете смеяться, но массу нового и интересного узнал не только автор, но и его отец, справлявший в тот год почтенное восьмидесятилетие.
