Как мы все прекрасно знаем, она осуществлялась через талисман, который Флавий тебе оставил. Вспомни, та особа, которая откликнулась на призыв кристалла, говорила как раз про это. Мол, необходим корабль, готовый выйти из гавани в любой момент. Прости, Трикс, но все сходится: Флавий шантажировал твоего отца. Нейн Хронг ведь не знал, что между вами ничего не было, а спросить напрямую стеснялся.
— Мне не нравится то, как ты обвиняешь моего отца, не имея на руках никаких доказательств, — хмуро произнесла я и принялась загибать пальцы, перечисляя недостатки в стройной гипотезе Седрика: — Во-первых, у Флавия не было и не могло быть никаких компрометирующих меня магиснимков.
А мой отец — если даже на миг согласиться с твоим диким предположением, будто он принимал участие в контрабанде гриадия, — и пальцем бы не пошевелил, прежде не получив весомых доказательств моего грехопадения. Это раз. А два — я не понимаю, с какой стати Флавию надо было оставлять у меня в доме монету, через которую шла связь с его сообщницей.
Получается, он чувствовал опасность и пытался избавиться от улик? Но тогда речь точно не о моем отце.
— Весомые возражения, — поддержал меня Себастьян и обратил взгляд своих странно светлых глаз на Седрика. — Найдется, что возразить?
— А как насчет последнего задания Мизерда и его гибели? — Седрик растерянно всплеснул руками. — Нет, Трикс, я понимаю, что тебе это неприятно слышать, но нейн Хронг явно был в курсе происходящего. И потом, где он сейчас? Почему ни он, ни твоя матушка не поспешили вернуться в город, когда узнали о происшедшем? Как-то странно, не находишь?
— Наш загородный дом расположен в весьма уединенном месте, — сухо сказала я.
— Насколько помню, в нем даже не было стационарного магического кристалла связи, поскольку отец в свои редкие выходные предпочитал полную изоляцию от внешнего мира. Так что, вполне вероятно, они просто не в курсе событий.
Седрик кисло поморщился, явно не удовлетворенный моими словами. Но ничего сказать не успел, поскольку в разговор мягко вмешался Себастьян.
— А меня в свою очередь волнует другой вопрос, — произнес он, пристально разглядывая некроманта. — Если вы раскопали столь масштабную аферу, имеющую непосредственное отношение к государственной безопасности, то почему сразу же не поставили в известность тайную канцелярию?
— Потому что слова призрака не могут являться доказательством, — пожал плечами Седрик. — Даже если признание получено под воздействием принуждающих чар.
