— Да, — храбро солгала я, опять принявшись изучать ковер под своими ногами, чтобы вновь не испытать на себе влияния его жутких глаз.
— Глупо, — безмятежно резюмировал он. — Найна Беатрикс, если честно, вы разочаровали меня. Не ожидал столь идиотского поступка от вроде бы умной девушки. Зачем вам выгораживать Седрика? Если верить моим источникам, которым нет нужды меня обманывать, ваше знакомство некогда закончилось не очень хорошо. Или вы вдруг воспылали жалостью к бедному некроманту, у которого всего-то и достоинств, что огромное количество откровенно нищих родственников, жаждущих выбраться из деревни?
— Не понимаю, о чем вы, — упорно стояла я на своем, хотя кровь резко прилила к моим щекам.
— Все вы прекрасно понимаете. — Себастьян отмахнулся от моего возражения. С внезапной сталью в голосе отчеканил: — Найна, я повторяю: игры закончились. Теперь или вы прямо отвечаете на мои вопросы, или мне придется прибегнуть к более жестоким методам. Не хотелось бы, конечно, применять их к столь симпатичной особе, тем более что существует определенный риск вызвать неудовольствие вашей семьи, но если другого выхода не будет… Какая мне разница — врагом больше или меньше?
Я аж поперхнулась от возмущения.
Да что этот непонятный хлыщ себе позволяет? В конце концов, сейчас не древние времена. Да, у нас монархия, но не абсолютная. Не говоря уж о том, что он-то не король.
— Расскажи ему все, Трикс, — почти не разжимая губ, обронил Седрик. — Не усугубляй.
И неожиданно мне стало очень жаль приятеля.
Он сейчас выглядел так, будто готовился проститься с жизнью: плечи понурые, взгляд потухший. Демоны, да такое чувство, будто он постарел на много-много лет!
— Тебе надо, ты и рассказывай, — с достоинством возразила я. Хмуро посмотрела на Себастьяна. — А я вообще-то обещала, что буду молчать. И намерена сдержать свое слово несмотря ни на что.
Себастьян резко встал. С грохотом отодвинул кресло и подошел ко мне. Я вжала голову в плечи, чувствуя, как его грозная тень нависла надо мною.
Моментально перехотелось храбриться. Напротив, сейчас я жалела о своих необдуманных словах. Надо было все ему рассказать. В конце концов, с какой стати я должна думать о проблемах Седрика? Он заварил эту кашу — ему ее и расхлебывать.
Дора рядом со мной от волнения начала икать. Я ощутила слабое дуновение ветра — это Себастьян взмахнул рукой. Обреченно зажмурилась, уже ощущая, что вот-вот щеку обожжет боль удара. Но он лишь прикоснулся к моему подбородку.
