Некромант, умело балансируя подносом, вошел в комнату, ловко одной ногой захлопнул за собой дверь и скользнул ко мне, после чего начал выгружать передо мной свои подношения.
Я молча наблюдала, как он поставил на небольшой журнальный столик два бокала, огромное блюдо шоколадного печенья и бутылку вина.
— Дары мира? — с грустной иронией поинтересовалась я. Кивком указала на стул, где аккуратно был развешен сюртук приятеля. — Кстати, можешь забрать его. И спасибо за заботу.
— Да не за что.
— Седрик улыбнулся. Замялся на миг, но затем все же продолжил: — Трикс… Я понимаю, что ты очень злишься на Кайла, но…
— Я ничего не хочу слышать про этого гадкого мальчишку! — оборвала я, невольно передернув плечами. — Седрик, ты прекрасно понимаешь, насколько сильно он меня обидел. Неважно — специально он это сделал или нечаянно. Даже если он сказал это в запале ссоры, то тем хуже для него, как говорится. Потому как получается, что он на самом деле думает, будто я зарабатываю на жизнь… — Тут я смутилась, стесняясь произнести вслух то, что в приличном обществе не принято называть прямо.
Поэтому глухо завершила с явным усилием: — В общем, ты понимаешь, что я имею в виду.
Седрик опустил голову, пряча в уголках губ непонятную усмешку. Затем ловко откупорил бутылку и разлил вино по двум бокалам, один из которых протянул мне.
— Выпей, — настойчиво предложил он, присаживаясь на стул рядом. — По-моему, это тебе сейчас не повредит.
Я подняла бокал к свету, наблюдая, как внутри переливается алая жидкость. Затем отставила его в сторону, так и не прикоснувшись к предложенному напитку.
— Трикс, не подумай, что я защищаю Кайла, — негромко начал Седрик, покачав головой, — но… Послушай, у него очень строгая семья. Его матушка, нейна Маделин, в молодости даже хотела уйти в монастырь и посвятить свою жизнь служению Лиоре — богине плодородия. Но родители рано отдали ее замуж, поэтому не сложилось.
Однако это не помешало ей свои убеждения перенести на семейные отношения. Благо что нейн Лоренс — отец Кайла — никогда не перечил своей горячо любимой жене. Считал, что чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не вешалось, как говорится. Да что там, старшая сестра Кайла — найна Оливия, которой уже за тридцать, — до сих пор живет с родителями и не смеет показаться на улице без платка, прикрывающего ее волосы.
