Вон, сидит себе напротив и как ни в чём ни бывало кокетничает с Михаилом Суходольским, всё-то ей нипочём.
— Товарищи офицеры, попрошу внимания, — генерал кашлянул в кулак. — Ростова, докладывайте.
— 23 мая 1974 года в квартире на Котельнической набережной был обнаружен труп гражданки Блюмкиной Елены Владимировны, в девичестве Веретенниковой, 1923 года рождения. Красивая женщина, супруга известного хирурга, была убита тупым округлым предметом. Удар страшной силы был нанесён в правую височную область головы.
Там же, в квартире, был обнаружен труп пресс-атташе посольства ФРГ в Москве, некоего Карла Вассермана, естественно, гражданина Германии. Из квартиры ничего не пропало. Но это со слов соседей. Кстати, потом супруг и сын убиенной тоже подтвердили этот факт.
— Почему потом? И кто у нас муж и сын? — перебил меня генерал."
"— Супруг Веретенниковой — профессор медицины Блюмкин, светило советской науки, обладатель всевозможных степеней и званий. Сын — 29 лет, по образованию историк.
На момент убийства оба были в служебных командировках и в Москве отсутствовали. Алиби у обоих просто железобетонное. Так вот. Сыскари встали было в стойку, когда обнаружили в кабинете профессора большой слиток жёлтого металла. А уж когда получили результаты экспертизы, которая показала, что слиток этот из золота, причём высочайшей пробы, да ещё и весом в целый килограмм, сами понимаете, такое началось… Учитывая тот факт, что отсутствующий по причине участия в международном научном симпозиуме в Швеции супруг убитой был всё-таки хирург, а не дантист, а также немалый вес слитка, суета вокруг убийства поднялась большая.
Кстати, откуда в квартире взялся слиток золота, никто из домочадцев так и не смог объяснить. Интерес к этому делу подогревался ещё и тем, что муж убиенной, как я уже говорила, был крупным учёным, лауреатом Государственной премии и дважды Героем Социалистического труда и вдобавок член-корреспондентом Академии медицинских наук СССР.
Ну а труп иностранного дипломата, убитого в самом центре Москвы, вообще, поднял такую волну… Так что вполне естественно, поначалу все заинтересованные службы стояли, как говорится, «на ушах». Но вот что произошло потом, совершенно непонятно. Вскоре дело вдруг резко затормозилось, мощная следственная машина начала давать серьёзные сбои прямо на глазах, а потом и вовсе все материалы по этому делу оказались в архиве.
