– Чтоб тебя разорвало.
– Вали в отделение, алкоголик!
– Сейчас ребят приведу, – пригрозил больной, – вытащат из клетки и отмутузят, а еще главврачу пожалуемся, расскажем, как за деньги пальто даешь!
– Ну, напугал, – засмеялась кладовщица, – прямо трясусь вся! Это я главврачу про твои фокусы расскажу, видно, очень больной, коли вечером за бутылкой понесся. Давай, мажь пятки салом, рви когти, беги к начальству, примет с поцелуями.
Раздался хлопок, парня швырнуло назад, он выругался, ткнул кулаком в захлопнувшуюся деревянную дверку, не дождался ответа и пошел по подвалу назад, не обращая на меня ни малейшего внимания.
Я приблизилась к окошку и аккуратно постучала в «ставню».
Изнутри реакции не последовало, пришлось постучать еще. Створка со скрипом распахнулась, красная от злости бабуля рявкнула:
– Сказано было… – потом осеклась и уже не так зло, но все еще сердито спросила: – Чего тебе?
– Добрый вечер, – улыбнулась я.
– У меня ночь, склад закрыт.
– Простите…
– Налево посмотри! Видишь бумажку? Читай вслух!
– Часы работы, – покорно озвучила я текст, – с восьми до семнадцати.
– Во! А ща сколько?
– Но вы же на месте! – воскликнула я.
Неожиданно старуха пригорюнилась.
– Верно! А куда идти? Сын женился, привел девку, хорошую, хозяйственную, меня уважает. Только мы в коммуналке, в одной комнате ютимся, десять метров на троих. На ночь они диван раскладывают, а я на надувном матрасе кемарю, впритык лежим. Считай, свекровь у невестки в постели третья. И чего хорошего? Чувствую же, лежат тихо, ждут, пока засну.
А у меня, как на грех, бессонница. Были бы соседи хорошие, могла бы на кухне пристроиться или в коридоре, только нам чистые язвы попались, не договориться. Вот я и придумала выход, ну какая мне разница, старой, где без сна маяться? Ночую на складе, на раскладушке, теперь всем хорошо, своим сказала, что работа у меня круглосуточная, по графику. Так тебе чего?
Я вынула из кошелька приятно шуршащую купюру.
– Вот, держите.
– Это зачем? – сделала стойку бабуся. – Больно много сулишь, не к добру такая щедрость!"
"– Не бойтесь, ничего противозаконного не попрошу.
– Ну, начинай, – кивнула бабушка, – послушаю.
– Вы давали пальто Лиде Ивановой?
– Тут столько народу в день пройдет!
– Все же попытайтесь вспомнить.
– Когда она шмотки получала?
– Сегодня днем, в районе обеда.
Кладовщица водрузила на нос большие очки, открыла амбарную книгу и стала возить пальцами по строчкам.
– Ну, была такая, – признала она, – гляди, записано аккуратно.
