Оливер долго молчал, а потом спросил:
– Что случилось?
– Случился ты, – бросил я. – Ты появился в моей жизни и заставил поверить в то, что все может быть иначе. Но иначе уже не будет.
И снова долгая пауза.
– Мне жаль, что ты так считаешь. И все же, что бы там ни произошло, как я понимаю, это связано не только со мной.
– Возможно. Но я сейчас могу обратиться только к тебе.
– И ты предпочитаешь общаться со мной через дверь ванной?
– Я хочу сказать, что ничего не выйдет. Я оказался неспособным даже на фиктивные отношения.
– Если ты собираешься бросить меня, Люсьен, – голос Оливера стал очень, очень холодным, – можешь хотя бы сказать мне это в лицо, а не через кусок фанеры в два фута толщиной?
Я уткнулся лицом в колени и точно не собирался плакать.
– Прости. Но иначе не выйдет. Я же предупреждал тебя.
– Предупреждал, но я надеялся, что ты отнесешься ко мне с большим уважением.
– Нет. Я полный засранец. А теперь выметайся из моей квартиры.
Послышался тихий звук, как будто Оливер попытался дернуть ручку двери, но затем передумал.
– Люьсен, я… пожалуйста, не надо так.
– Проваливай, Оливер!
Он ничего не ответил. Сидя в своей белой керамической камере, я слышал, как он одевался, затем его шаги стали удаляться, а потом дверь за ним захлопнулась.
Я был в таком раздрае, что ничего не мог сделать. Разве что позвонить Бриджет. И я позвонил ей.
Она сразу ответила.
– В чем дело?
– Во мне, – сказал я. – Во мне дело.
– Что происходит? – послышался сонный голос Тома, разбуженного звонком телефона.
– Дело срочное, – сказала она ему.
Он недовольно заворчал.
– Бридж, это же всего лишь книги. Что там у них за проблемы, если они звонят в полпервого ночи?
– Это не из издательства. Это друг.
– В таком случае я тебя люблю. И ты самый замечательный и отзывчивый человек на свете. Но я не стану спать в комнате для гостей.
– Тебе и не придется. Я быстро.
– Не спеши. Я не хочу, чтобы ты спешила.
Связь и так была паршивой, а тут еще в трубке послышался шелест одеяла и звуки поцелуев.
Затем снова раздался голос Бридж:
– Ну все. Я тебя слушаю, рассказывай.
Я открыл рот и понял, что понятия не имею, о чем говорить.
– Оливер ушел.
После небольшой паузы она спросила:
– Я не знаю, как это сказать, чтобы не обидеть тебя, но… что ты на этот раз натворил?
– Спасибо. – Я рассмеялся, но этот смех был похож больше на рыдания. – За поддержку.
– Я всегда готова тебя поддержать. Именно поэтому я поняла, что ты принял неверное решение.
