Но я находился в его доме, рядом с ним и даже не мог подрочить, чтобы сбросить напряжение.
Спал я плохо. В довершение всего Оливер поднял меня в семь. И это, без преувеличения, было самым ужасным, что только может произойти с человеком. Я пытался спрятаться под одеялом, ныл и ругался на него.
– Между прочим, – он положил руки на бедра, – я приготовил французские тосты.
Я выглянул из-под подушки, которой накрыл голову.
– Правда? Правда? Правда?!
– Да. Хоть я и не уверен, заслуживаешь ли ты их после того, как назвал меня агрессивным наглым утренним тираном.
– Извини. – Я сел. – Но я же не знал, что ты в самом деле приготовишь завтрак.
– Так вот, я его приготовил.
– И ты действительно сделал французские тосты?
– Да. Я действительно сделал французские тосты.
– Для меня?
– Люсьен, я не понимаю, почему ты так одержим этими хлебцами, смоченными в яйце?
Кажется, я покраснел.
– Сам не знаю. Просто в них есть что-то домашнее и уютное, и мне это очень нравится.
– Понятно.
– И если честно, – признался я, – никогда не думал, что кто-нибудь станет их для меня готовить.
Оливер рассеянным жестом убрал волосы со лба.
– А знаешь, иногда ты бываешь очень милым.
– Я… – Вот черт. Я совсем не понимал, что мне делать. – Ну ладно, ладно. Встаю."
"Через сорок минут после того, как я с неохотой принял душ и наелся французских тостов, мы сели в машину и поехали в сторону Ланкашира. И только в этот момент я стал постепенно осознавать, что подписался на четырехчасовое путешествие с Оливером.
Точнее, Оливер организовал эту поездку и согласился четыре часа везти меня в арендованной машине, чтобы я увиделся с отцом. И снова пришел к выводу, что он слишком серьезно относится к своей роли фиктивного парня. Намного серьезнее, чем все мои настоящие парни до этого.
– Мм… – Я заерзал на своем сиденье. – Спасибо, что делаешь все это. Если честно, я не ожидал, что Ланкашир это так… далеко.
– Но ведь это я уговаривал тебя наладить отношения с отцом, поэтому решил тоже принять в этом участие.
– Я почти не знаю отца, но это такой типичный для него поступок.
– Ты о чем?
– Ну как о чем? Сладко петь о том, как он хочет воссоединиться с семьей, а потом ради этого заставить меня тащиться к нему в Ланкашир. А если бы у меня не было фиктивного парня, который согласился меня подбросить? Была бы совсем труба.
– Хорошо, что у тебя есть фиктивный парень, который согласился тебя подбросить.
Я искоса посмотрел на него.
– Знаю.
