И, возможно, это мой последний шанс.
Я отодвинул на край стола тарелку с остатками карри. У меня появилось прекрасное оправдание, чтобы больше не есть его, к тому же я так разозлился, что у меня пропал всякий аппетит.
– Ты хотела сказать, это его последний шанс. Он просто внаглую использует тебя.
– И что? Я тоже могу его использовать.
– Верно, – добавила Джуди. – Настоящая популярность приходит после смерти. Вспомни Диану.
– Да, но тебе, – я развел руками и случайно толкнул локтем Оливера, – придется с ним общаться.
А он не заслужил того, чтобы ты с ним общалась.
– Люк, я сама буду решать, с кем мне общаться, а с кем – нет. А не ты.
Я открыл рот, а потом закрыл его.
– Прости. Я… только… извини.
– Не волнуйся, mon cher. Тебе не стоит переживать за меня. – С решительным видом она встала со своего места. – А теперь давайте уберем со стола и будем смотреть шоу.
Глава 26
Я убедил маму, чтобы она доверила мне убрать все со стола и вымыть посуду, потому что не хотел выглядеть совсем уж плохим сыном, к тому же мне не терпелось сменить обстановку.
Но потом я вспомнил, какой разгром мама могла устроить на кухне, особенно когда готовила свой особенный карри.
– Теперь я понимаю, откуда у тебя такие привычки, – сказал Оливер, подходя ко мне сзади. Юджин следовала за ним хвостиком.
Я с грохотом поставил тарелки у раковины, которая была заполнена разными предметами, совершенно ненужными для приготовления еды.
– Прости. – Я, не отрываясь, смотрел на грязную посуду. Мне было страшно взглянуть на Оливера и увидеть на его лице ужас, или разочарование, или смущение, или отвращение.
– Кошмар, правда?
– Да нет, конечно. Ты – часть своей семьи, и я вижу, как вы переживаете друг за друга.
– Но мы рассуждали о пенисе моего отца, угостили тебя совершенно несъедобным невегетарианским карри, к тому же я поссорился с мамой, и мне очень не хотелось, чтобы ты эту ссору видел.
Он обнял меня и прижался к моей спине, и это были те нежные обволакивающие объятия, которые так хорошо у него получались.
– Признаюсь, я не привык к такому. Но я не… не думаю, что это плохо. Честное слово.
– Я не должен был выходить из себя, когда услышал про Джона Флеминга.
– У вас возникли некоторые эмоциональные разногласия, но я видел, что ты действовал из лучших побуждений.
Я позволил себе опереться об него. Он положил подбородок мне на плечо, и это было так легко и ненавязчиво.
– Тебе все это не нужно.
– Если бы мне это было не нужно, я бы не приехал.
