Да, отсутствие контроля и неизвестность могут меня просто убить, но насколько гребаным эгоистом я окажусь, если не дам ей время все обдумать?
Но даже несмотря на то, что я пытаюсь быть хорошим парнем, когда я сажусь в кресло для взлета, меня гложет ошеломляющее осознание того, что я, возможно, как влюбленный дурак, все неправильно понял, точно так же как неправильно все понял раньше, с другой женщиной.
31
Инди
Я: Мне нужны твои ежедневные новости. С Райаном все в порядке? Он почти не разговаривал со мной..
Стиви: Я думаю, он напуган, даже если не хочет этого признавать.
"
"Я: Ему нечего бояться, и он бы знал это, если бы поговорил со мной.
Стиви: Я знаю, Инд, но неуверенность в себе так не работает.
Это были одинокие несколько дней, несмотря на то, что я была в дороге, в окружении друзей.
Больше не имеет значения, окружают или нет меня люди. Если Райана нет рядом, мне одиноко. И прямо сейчас его не только нет рядом, но и он почти не разговаривает со мной.
Он не злится на меня и не отгораживается, он просто дает мне время обдумать разговор с Алексом.
Но мне оно не нужно. Я сказала это ему, но наши разговоры за последние несколько дней длились недостаточно долго, чтобы я смогла объяснить, что произошло.
Часть меня искренне верит: он думает, если даст мне достаточно времени для объяснений, я в конечном итоге скажу ему, что возвращаюсь к своему бывшему. Но если бы Райан уделил мне время, я бы сказала ему, как я горжусь собой за то, как я справилась с этим разговором, и подтвердила бы, насколько я одержима мужчиной, с которым живу.
Я бы сказала ему, что, когда Алекс разрыдался, прежняя я, едва увидев, что он расстроен, в ту же секунду бросилась бы его спасать, сделала бы все, что в моих силах, чтобы сделать его счастливым, но новая я больше не ощущаю бремени этой ответственности.
Я бы рассказала ему, как Алекс объяснял, почему он переспал с другой: потому что мы были вместе так долго, потому что мы были лучшими друзьями с пяти лет, и я была единственной девушкой, с которой он когда-либо был.
Поэтому он захотел исследовать мир, прежде чем остепениться навсегда, и это было самым большим сожалением в его жизни. Я бы сказала Райану то же, что сказала Алексу: это было лучшее, что когда-либо со мной случалось.
Я бы объяснила, что, когда Алекс спросил меня, был ли он последним человеком, с которым я была, потому что у него никого не было ни до, ни после той ночи, когда я его застукала, я сказала ему, что он задал неправильный вопрос.
