Покончив с уборкой, он облокотился на стойку:
— Ты как?
— Нормально. Это не так страшно, как выглядит. Странно, тарелка просто выскользнула из рук.
Он кивнул:
— Я вчера ночью слышал, что ты на кухне. Что ты делала?
— Мне показалось, Уилл заплакал, а потом я не могла уснуть. Просто я кое-что прочла…
Лоуэл покачал головой:
— Этим делом занимаются, Фрэнси. Причем профессионалы. Они его найдут, где бы он ни был.
Она не поднимала глаз и прижимала полотенце к ране:
— Знаю.
— Ты нервная и рассеянная. Уиллу это не полезно.
Она развернулась к нему:
— Это в каком смысле? Не полезно?
— Сейчас нужно думать о нем. О его…
— Ты серьезно? Я теперь только о нашем ребенке и думаю.
— Фрэнси, не надо, успокойся."
"— Успокойся? Знаешь что, успокаивайся сам. Делом занимаются? А кто, какие-то непрофессиональные клоуны? Ты сам так говорил. И что ты мне предлагаешь, просто не думать об этом? — Она швырнула полотенце на стойку. — А эта история с Боди Могаро? Ты хоть читал про это? Люди встают на его защиту. Это же дискриминация по расовому признаку.
Там уже Американский союз защиты гражданских свобод подключился. Против него нет никаких улик. У него нет судимостей. Нет мотива. По словам его жены, он просто проспал свой самолет. — Она услышала, что голос ее зазвучал обвиняюще. — Она сказала, он не высыпается, потому что ночами он встает к сыну. А она может отдохнуть.
Лоуэл бесстрастно молчал.
— Даже Патриция Истина считает: то, что его держат под арестом, переходит всякие границы. Он заблудился. Поэтому и оказался на закрытой государственной территории.
Если у них имеются доказательства, против него уже должны были выдвинуть обвинения.
— Я бы не принимал ее слова за истину, — он поднял брови и усмехнулся.
— Не смешно, Лоуэл.
— Знаю, Фрэнси, но ты тут ничего не можешь поделать. Я серьезно говорю. Ты почти ничего не ешь. — Он положил ей руку на плечо. — Знаю, мне не стоит даже предполагать, что Мидас мертв…
— Замолчи, Лоуэл.
— …но, понимаешь, это может быть так.
Она отпрянула:
— Хватит, Лоуэл.
Не бросайся словами, речь идет о жизни ребенка и…
— Фрэнси, послушай, он мог умереть, понимаешь? Это ужасно, но ты должна быть к этому готова.
— Он ЖИВ.
Она вспомнила, что Уилл спал в гостиной в детском кресле и мог их услышать и проснуться. Она заговорила тише:
— Я уверена.
— Ну почему, почему ты так уверена? Ведь иногда случается дурное, Фрэнси.
Она закрыла глаза и вспомнила, как они с «Майскими матерями» сидели под ивой всего десять дней назад.
