Она пробежала мимо лифта и спустилась по лестнице. Снаружи не было такси, и она так быстро, как только могла, побежала по парку и спустилась в метро. У платформы стоял поезд. Она проскользнула через турникет и успела вставить руку между закрывающимися дверьми. Ей зажало локоть. Двери разошлись на несколько сантиметров, она успела раздвинуть их обеими руками достаточно широко, чтобы прошмыгнуть внутрь вагона и сесть на последнее свободное место. От женщины рядом с ней пахло лаком для волос. Колетт поймала на себе взгляд пожилой женщины, у ног которой стояло множество оранжевых пластиковых пакетов с покупками.
Она с осуждением цокнула языком и нахмурилась:
— Обязательно надо было всех задерживать.
Колетт отвела взгляд. У нее болел локоть."
"Напротив нее сидел мужчина в наушниках, оттуда раздавался громкий рэп. Она прижала пальцы к ушам и пыталась придумать, как объяснить все это Чарли. Он не знал, насколько все было плохо с книгой, с каким трудом ей это давалось. Что он скажет? Колетт открыла глаза и увидела, что мужчина напротив читает «Нью-Йорк пост», на первой полосе была фотография Нэлл из «Веселой ламы».
Вагон заполнился скрежетанием тормозов, внезапно заплакал ребенок. Поезд резко остановился, женщина рядом с Колетт ухватилась за ее бедро, а пожилой мужчина, стоявший у дверей, упал.
— Извините, — сказала ее соседка и убрала руку.
Молодая пара помогла мужчине подняться, люди оторвались от телефонов и стали всматриваться друг другу в лица. В вагоне повисла недоуменная тишина.
Пожилая женщина с пакетами опять цокнула языком и начала что-то говорить, но ее заглушил голос кондуктора:
— На путях необходимо присутствие полиции. Как слышно? Просьба полицейским немедленно подойти на пути, нижний уровень около платформы F. Человек на рельсах. — Голос на секунду прервался — Он к чему-то привязан.
Тут выключилось электричество: затих шум кондиционера, вырубился свет, воцарилось зловещее молчание. Колетт уловила суету вокруг себя и, как и все, снова посмотрела в телефон, зная, что связи не будет.
Мне нужно домой, к Поппи.
Двери в конце вагона раздвинулись.
— А чего вы ждали? — сказал парень в джинсовых шортах и тонкой белой майке, из-под которой виднелись жилистые, мускулистые руки. Он быстро прошел к дверям в другом конце вагона, протискиваясь между людьми, которые стояли в проходе. — Если у нас в стране президент — настоящий говнюк, вполне можно было ожидать террориста-смертника.
От страха у нее сильно забилось сердце.
