– Гертруда умеет убеждать мужчин, – закатил узкие глазки господин Ли. – Не беспокойтесь, Эрре, ее отец – добропорядочный житель этого города по фамилии Штайн. Этот брак пойдет на пользу вашей семье. Никто не удивится, если новобрачная присоединится к благотворительному фонду вашей жены. А со временем госпожа Эрре полностью отойдет от дел.
– По рукам, – без малейших колебаний решил Кристиан.
Коха ему было нисколько не жаль, в конце концов, нельзя до конца дней своих жить в радости без всяких невзгод. Каждому рано или поздно придется тащиться под венец.
– Позвольте один вопрос, – весьма довольный тем, что так ловко спихнул с себя строительство злополучной больницы, попросил Кристиан, – вы знаете, что случилось с Корблом?
– Покойным помощником покойного Абельхарда Гё? – медленно протянул господин Ли и сразу стал очень-очень печальным. – К несчастью, знаю.
Кристиан поглубже зарылся в подушки, весь обратившись в слух.
– Эльза Лоттар подставила Корбла, заявив газетчикам, что он помог ей в строительстве фабрики, – заунывно, будто рассказывая грустную сказку, начал Ли.
– Братья Гё наверняка не больно-то ей и поверили, но на всякий случай дали старому псу пинка под зад. Корбл был зол и обратился к некоему специалисту по особым поручениям – заплатил ему за убийство Эльзы Лоттар.
– Что? – перекувырнувшись всем сердцем, переспросил Кристиан изумленно.
– Корблу не повезло. Он нарвался на моего человека, а никто из моих людей не причинит вреда Эльзе Лоттар.
– Вред причинили Корблу, – не чувствуя губ, пробормотал Кристиан.
Эльза была права.
Корбла убили из-за ее выходки с газетчиками.
– У нас не было другого выхода, – ответил Ли и едва не заплакал, старый мерзавец.
– Мы можем не говорить об этом Эльзе Лоттар? – угрюмо спросил Кристиан.
– Конечно, – быстро закивал Ли, отчего пучок на его голове рванул в пляс. – Сохраним свой секрет на правах будущих родственников.
Кристиан вспомнил про чай с цветком жасмина и сделал большой глоток, растапливая вату во рту. На душе было паршиво.
– Этот ваш благотворительный фонд, – выдержав приличную паузу, снова заговорил Ли, – имеет отношение к Дженарро Манчини?
– О да. Мошенник обчистил этот город и дал деру.
– Знаете, этот мальчик с детства был озорником.
– С детства? – удивился Кристиан. – Разве он не иностранец, который прибыл к нам совсем недавно?"
"– Ну что вы, – Ли приторно улыбнулся. – Тот, кто ныне называет себя Дженарро Манчини, вырос в этом городе, а именно – в «Приюте любви и послушания».
