– Подумали, что братья Гё ворвутся на свадьбу с криками и кулаками? Помилуйте, они же не разбойники с большой дороги. К тому же, – добавила она, прищурившись, – какой-то идиот позвал газетчиков.
– Пойдемте-ка, – явно придушив в себе хохот, сказал Ганс, хватая Аккермана за шкирку, – покажем вас Хауслеру. Цел-целехонек, дырок от пуль нет, синяков тоже.
Кристиан проводил их взглядом, а потом неохотно повернулся к Эльзе и вздрогнул от неожиданности. Оперевшись на стену за его плечом, она буравила его сердитым взглядом.
– Что? – буркнул Кристиан. – Да, газетчики – это моих рук дело. Чем больше скандалов вокруг семьи Гё, тем лучше.
– Разумеется, вы правы, – мрачно согласилась Эльза. – Это было разумно. Сама бы я не решилась причинить Анне столько хлопот. Но вот у кого завтра начнутся настоящие неприятности – так это у старины Корбла.
– Братья Гё должны понять, что он делал все возможное, лишь бы спасти Предприятие в их отсутствие.
– Возможно, они бы могли понять, – мягко произнесла Эльза, и Кристиан завороженно уставился на ее губы, – если бы я не сказала газетчикам, что ни за что бы не решилась открыть свою фабрику без поддержки своего доброго друга Корбла, который много лет был правой рукой Абельхарда Гё.
От неожиданности Кристиан фыркнул и отпрянул, стукнувшись затылком о стену. Эльза покачала головой и положила руку ему на затылок.
– К чему такая безжалостность? – слегка охрипнув от ослепительной вспышки боли, спросил Кристиан.
– К тому, что после этого братья Гё выставят его в два счета, а Корбл остался единственным разумным человеком в этой конторе.
Если ваше сердце преисполнилось сочувствием, мой дорогой господин Эрре, можете предложить ему должность у себя.
От ее бархатистого голоса и тепла ладони в волосах Кристиан преисполнился отнюдь не сочувствием – волнением.
– Ступайте, – шепнула Эльза и отстранилась. – Вам следует продемонстрировать крепость семейных уз всему городу, а вы торчите здесь без всякого дела."
"Весть об убийстве Корбла настигла Кристиана только в понедельник, с утренними газетами.
Потрясенный, он трижды прочитал короткую заметку в колонке происшествий: ограбление на темной улице, пропали кошелек и золотые часы.
Потом он попросил Катарину не беспокоить его, чтобы ни случилось, и отменить утреннее совещание, заперся в своем кабинете изнутри и тайным ходом прошел к Эльзе.
Поначалу ему показалось, что ее нет на месте, а потом раздался приглушенный всхлип от стола.
